Лейтенант сунул золотую монетку в карман разгрузки. Пусть золото всегда будет при себе в каком-то количестве, если вдруг обнаружится лаз в привычное измерение, где каждый грамм стоит десятки долларов.

Практичная Дженнифер принялась за ревизию инвентаря.

— Два М4. У тебя магазины полные? Примерно шестьсот патронов на двоих. Два «Кольта». Бинокль. Приборы ночного видения. Тактический ноутбук. Правда, разряжен. От солнечной батареи зарядится медленно. Старлинковское можно выбросить, лишний вес, спутники здесь не летают. Аптечка. Презервативы нужны?

— А тебе?

— Мальчиками не интересуюсь. Слушай, Пит. Обмен серебро-золото — это кулл. Но пока нет перехода, нам придётся обосноваться здесь. Что этот грёбаный дохляк говорил про царство наёмников?

— Каросские наёмники. На севере. Сравнительно недалеко.

— Коллеги, мать их! — ухмыльнулась сержант. — Предлагаю начать с наёмников. А потом нанести визит этому странному купцу-аристократу… Gosh? Если с Земли, откуда может быть такое странное имя?

— Точно — не украинское, — прикинул лейтенант. — Ну что, осваиваем быков?

Из четырёх длиннорогих и длинномордых животных, принадлежавших покойникам — купцу и его слугам-охранникам — американцы выбрали пару самых смирных с виду. Аборигены называли их «кхарами». Не замена, конечно, бронетранспортёру М113 или БМП «Брэдли», но выбор не велик.

Парочка пустила послушных копытных по дороге на север. И хоть слово «север» само по себе звучит холодно, здесь было гораздо теплее, чем в ноябре 2022 года под Бахмутом, откуда они перенеслись. В королевство Мульд пришла весна.

Глава 1

Глава 1

Десятью месяцами ранее

Кальвадос, яблочный самогон, рассчитан на любителя. Многие считают его вкус слишком резким.

Так-то оно так. Это если делать яблочное бренди классическим способом — сбраживать яблочное сусло и дважды перегонять полученный из него сидр.

Я готовлю яблочное иначе. Берётся зерновой самогон тройной перегонки и самой высшей очистки. Естественно — осветлённый и прозрачный, без запаха и привкуса сивухи. Его настаиваю недели три на свежих яблоках сладких сортов, порезанных и с удалённой сердцевиной.

Получается, конечно, не кальвадос, а яблочная настойка. Крепкая, градусов сорок. Душистая. Мягкая — даже женщины яблочный нир хвалят. Но градус всё же чувствуется, когда она вливается в утробу, наполняя её теплом. И с ног валит точно так же, как «мужской» нир. Пожалуй — коварней. Некоторые не понимают, что обманчиво лёгкие напитки пьянят не в меньшей степени, чем дерущие горло.

Проснувшись от холода, я достал плоскую фляжку и сделал лечебный глоток яблочной настойки. Для сугреву. Внутренности «Лады-Гранты» покрылись инеем. Дыхание замёрзло на панелях и на стёклах.