– Ты поплатишься за это, женщина. Попомни мои слова, ты поплатишься за это!

Но Тинни лишь презрительно усмехнулась.

Торнада была в таком ауте, какого не достигала даже Мелонди Кадар.

– Гар-рет! – пробулькала она, глядя на меня мутным взором и держась за обе стены, чтобы не упасть. – С-сукин ты сын! Ты с-сукин сын, даже если ты х-хар-роший парень! – Она прислонилась к стенке. – Сей-час, погоди минутку… Я чего-то сов-всем никакая…

– Что это? – спросил я Плоскомордого.

– Это? Очень пьяная женщина.

– Ну, этот момент от меня не ускользнул. У меня наметанный глаз. Что меня больше интересовало, так это вопрос «почему?». И «почему здесь?». Она ведь может и наблевать.

– Думаю, она уже выдала все, на что была способна. Разве что если как следует напряжется…

– Все равно. Синдж, встань-ка у двери! Мы вышвырнем ее на улицу, если…

– Для этого вам придется взяться всем вместе, – вмешалась Тинни.

Торнада сползла на пол и захрапела.

– Покойник велел привести ее сюда, – сказал Тарп. – Он хочет знать, что ей удалось выяснить.

– Ей удалось выяснить, что существует предел количеству спиртного, которое она может выпить.

– Она расстроена, потому что где-то потеряла Иона Сальватора и не может вспомнить где. И как. Она боится, что могла нечаянно убить его или еще что-нибудь.

– Отлично! Что ж, давай тогда попробуем оттащить ее…

«Нет необходимости нести ее сюда. Я уже исследовал ее воспоминания. Они соответствуют тому, что мы выяснили из других источников, а кроме этого, включают в себя весьма немногое, что может представлять интерес».

Внезапно храп Торнады превратился в такой звук, словно она отчаянно боролась за воздух. Ее глаза распахнулись, и она снова взобралась вверх по стенке.

– Я з-знаю, что я с ним з-зделала! Каж-сся… Ч-чертов придурок!

Она поднялась на ноги и, спотыкаясь, зашлепала к выходу.