«Иди на восток. На углу Чародеев сверни на юг. Потом по переулку. И постарайся не напугать Пенни».

На ступенях доходного дома миссис Кардонлос сидел округлый подросток – любитель жуков. Он спал. Спал, а следовательно, не замечал размеров своей глупости. Ищейки Шустера старались не тревожить его сна, входя и выходя. Я так и не понял, что он здесь делает, но задерживаться, чтобы будить его и спрашивать, не стал.

Я в точности следовал указаниям Покойника. За исключением пункта не пугать Пенни Мрак. Слишком уж велик был соблазн. Квартал я обошел по периметру в непривычном для себя направлении – на Макунадо-стрит вернулся аккурат напротив дома миссис Кардонлос. Забавно было бы ввалиться туда без приглашения или поиграть в догонялки с гостями вдовы, водя их по кругу до наступления весны. Так бы я и поступил – несколько лет назад. Проклятый Дил Шустер.

Проклятая скучная зрелость.

Не застав на месте Барата Альгарду, я двинулся дальше – в черное сердце танферской бюрократии. У Канцелярии полюбовался зрелищем упертых психов, вещавших с крыльца чушь о бредовых теориях заговора. Последняя радость – этой традиции приходил конец. Жрецам теории заговора не хватило ума не пускать в свои ряды Дила Шустера.

Собравшиеся нетерпеливо поглядывали на меня в предвкушении. Потенциальные свидетели ожидали любой моей выходки.

В древние времена, сто лет назад, когда я собирался заглянуть в библиотеку – а туда пускают далеко не каждого волосатого типа, считающего себя карентийцем, – я пользовался для этого одной малоизвестной большинству дверкой в стороне от главного входа. Небольшой суммы наличными обыкновенно хватало, чтобы нейтрализовать охранника. Единственное непреложное правило требовало, чтобы я не поджигал здание по неосторожности и не мочился по углам.

Однако теперь не было силы, способной оградить меня от гнева начальства прелестной Линды Ли. Твердо убежденного в том, что для того, кто мечтает сунуть нос в их драгоценные книги, мало клещей и раскаленного железа. В особенности для такого, кто подбирается при этом к молодой библиотекарше.

И разве играет роль то, что у разумного человека такого и в помыслах нет и что он только и мечтает, как бы побыстрее провернуть дела и убраться?

Даже при желании как я мог бы с ней уединиться, когда за мной следит едва ли не половина всей королевской рати?

47

Я проследовал прямиком к маленькой боковой дверке. Таких плебеев, как я, через главный вход не пускают. Во всем королевстве найдется человек пятнадцать, которых могут удостоить такой чести.

Но и удержать на улице таких, как я, тоже трудно – если у меня в кармане лежит маленький серебряный ключик.