– Я думаю. Будь иначе, их бы не разгромили столь сокрушительно. – Он покачал головой с таким видом, словно забыл про мое присутствие. – Как жаль, что на пути у Звонаря оказался не Кильцордона.

– Кильцордона?

– Совершенно верно. Да. Ночной Охотник Кильцордона. Тот, что в ширину больше, чем в высоту. Чрезвычайно неприятная личность, источник постоянного раздражения.

– Не знал, что кто-то из Ночных Охотников вернулся из Кантарда.

Ночные Охотники – один из самых отвратительных видов оружия, который мы использовали в минувшую войну. Невидимые и неслышные после наступления темноты, Охотники были на деле сумасшедшими убийцами. Их посылали уничтожать вампиров и прочих ночных хищников, которыми так славится Кантард.

– Некоторые из них сумели изжить жажду убийства. Впрочем, к нам это отношения не имеет. Или к этому. Так, личная неприязнь.

Я поежился. Слова его казались мне все более зловещими.

– Э-э… Не могли бы вы рассказать мне, в чем же там все-таки дело? Ну, из-за чего Линк Дирбер сорвался с цепи, пытался укокошить своего брата, а в результате убился сам?

– Самая черная зависть. То, что может случиться в любой семье, но в случае Линка в сто раз сильнее. Линк всегда раздувал все сильнее, чем надо. Такой уж он был псих. – Руперт помолчал, махнув рукой в знак того, что он еще не договорил. Следующие слова он обдумывал секунд тридцать. – Многим людям жилось бы лучше и счастливее, если бы Линк Дирбер родился мертвым.

– А Бель?

– И вполовину не настолько сумасшедший, как его брат. И вполовину менее разрушительный. Благодаря воспитанию. – Ему удалось изобразить сарказм.

– Так что произошло между ними? С чего началось?

– Не думаю, что кому-либо известно, с чего это началось. Должно быть, это интересует вас одного. Это в самом деле несущественно. Нам надо разбираться с ситуацией, сложившейся сегодня.

Скажите, вас раздражает общение с людьми, чьи головы устроены иначе, чем ваша?

Я стараюсь такого не допускать. Слишком таких людей много.

– Если вы не несете ответственности за Дирбера и остальных, вам нет нужды переживать из-за того, что случилось, сержант.

Я и не переживал. Конфликт между Белем Звоном и его семьей мешал строительству. Равно как красные фуражки, не пропускавшие строителей на площадку. О чем я и упомянул – без особого удовольствия.

– Где же конец всему этому? Мой клиент будет весьма расстроен, если его втянут в вендетту, которой он не начинал.

– Не беспокойтесь на этот счет. Обиду мог затаить только Шнюк Эйвери. А Шнюка ожидает личная резиденция в специальной камере для заклинателей в Аль-Харе. И он останется там до тех пор, пока мы не будем уверены, что он научился себя вести. Или если его не укоротит один из моих идиотов – старших братьев.