– У Белого камня есть хозяйка, которая решит участь тагана и его жителей, – снова заговорил мой супруг – он обращался к ягирам Елгана. – Но за вас решать некому. Время раздумий истекло, я жду вашего ответа. Покоритесь или желаете мстить? Что мне делать с вами?

Воины переглянулись. Кажется, они не ожидали, что о них вспомнят так быстро. Молчание затягивалось, и бровь каана изломилась в нескрываемой иронии.

– Вы так быстро мчались сюда, чтобы убивать, но так медленно выбираете между собственной жизнью и смертью.

– Мы не боимся смерти, – надменно ответил один из ягиров.

– Я тоже, – ответил ему Танияр, – но и умирать не спешу.

– Значит, ты бы покорился?

– Если бы пришел как вор и был пойман, то не стал бы отпираться и признал свою вину. Пусть хозяин решает, что делать с вором. Но я добр и щедр, потому позволяю самому вору выбрать его участь.

– Мы хотим вернуться домой, – похоже, участь парламентера так и осталась за первым говорившим. – Ты отпустишь?

Танияр улыбнулся, и клянусь честью, если это улыбка не должна была принадлежать удаву, перед которым застыл бедняжка кролик!

– Конечно, отпущу, – как-то даже беззаботно ответил каан. – Почему нет? Идите.

Ягиры переглянулись с недоверием. Поверить в такой простой исход было сложно. Даже я вопросительно приподняла брови.

– Ты отпустишь нас? – осторожно переспросил переговорщик. – Мы можем встать и уйти?

– Можете, – кивнул Танияр. – Принесите мне клятву верности и уходите. Вещая, – он обернулся к шаманке и склонил в почтении голову, – раз уж ты пришла, не откажи. Скрепи клятву моих новых ягиров священным словом Белого Духа.

– Что?!

Воины повскакивали с мест. Зато напряжение, появившееся в позах ягиров Эчиль, ушло. Они уже гадали, не поспешили ли признавать новую кааншу, которая так легко приняла решение отдать таган чужому каану, врагу, с которым они шли воевать, а не жать руки. И вдруг такой поворот! Я с восхищением поглядела на супруга.

– Как ты смеешь?!

– Почему мы должны тебе клясться?!

– Ты сказал, что мы сами можем решать…

– И вы решили, – отчеканил Танияр. – Уйдут отсюда только верные мне воины. Кто откажется, тот мне враг и останется лежать там, где лежат мои враги.

– Почему им ты этого не сказал? – воскликнул переговорщик, указав на ягиров Белого камня.