Елена молча уставилась на деревенскую девчонку, та негромко сообщила:

- Хотела сбежать.

Лекарка утерла со лба пот, стараясь как-то собрать мысли в один массив и определить, что да в каком порядке следует делать. Все шло не по плану… И, похоже, самым скверным образом. Повитуха что-то заныла, но тут терпение и запасы добросердечия у Елены закончились. Она шагнула к тетке и с размаху ответила ей пощечину. Подхватила за воротник многократно штопанного платья, одним движением вздернула и начала мотать из стороны в сторону будто тряпичную куклу. Тетка выла от ужаса. Вторя ей, сверху завопила Дессоль. Опомнившись, Елена разжала пальцы, и жертва мешком упала на пол, стукнув мослами о паркет, будто костью в кость. Лекарка склонилась над повитухой и приказала:

- Нож.

Витора немедленно вложила требуемое в раскрытую ладонь. Анорексичка захлебнулась слюной и слезами. Елена поднесла сизый, в черных точках, нож к самому лицу жертвы и негромко, но безумно страшно выговорила, раздельно, чтобы тетка расслышала каждый звук:

- Ты взяла деньги. Ты сделаешь все или я разрежу тебя на куски. Если попробуешь бежать, я тебя выпотрошу и приколочу кишки к столу гвоздями.

Она вскинула голову и крикнула, не сомневаясь, что указание будет выполнено:

- Закрыть двери! Все двери! Эту скотину из дома не выпускать!

Судя по топоту и стуку дерева, приказ и в самом деле поторопились исполнить. Очевидно, слуги прекрасно поняли, кто сейчас в доме главный. Елена улыбнулась анорексичке, отчего та, кажется, малость обмочилась, и все так же тихо сказала:

- Видишь. Мне бежать некуда. Тебе - тем более. Мы примем роды. Если все пойдет скверно, умрем. Но тебя я убью самолично и очень, очень плохо. Хуже чем любой палач. Веришь?

Тетка молча кивнула, глядя на лекарку как на порождение дьявола.

- Работай! – рыкнула Елена.

Она выпрямилась, перевела дух и схватилась за голову, понимая, что упустила еще один момент, напрямую касающийся операции. Еще один из многих! Пока женщина думала, повитуха с неожиданной шустростью побежала в комнату Дессоль по лестнице. Видимо поняла, что нынче как на поле боя – отступать некуда и осталось лишь победить или умереть. Из покоев баронессы опять донесся жуткий вопль, теперь ему вторила компаньонка, моля Параклета о чуде.

- А это нормально? – спросила Елена саму себя. – Так и должно быть?

- Да, - неожиданно ответила Витора.

- Ты, - ткнула ее пальцем в грудь Елена, приняв решение. – Рыцаря видела? Того, с которым я была?

- Да.

Определенно, в критические моменты служанка держалась с хладнокровием кавалера на поле боя. Хотя, быть может, просто передоверила хозяйке все, включая любую ответственность.