И только какие-то далекие воспоминания, пришедшие к нему из глубин забытых снов подарили ощущение ветра, как тот танцевал вокруг него, как звал отправиться все дальше, увидеть больше. Он чувствовал его и сейчас. Легкий ветерок, который щекотал кожу, нашептывая обещания свободы и чего-то нового, чего-то того, ради чего стоило…

Медведь рванул в очередной атаке.

Его когти, обернувшиеся острейшими кристаллами, оставляли в воздухе очертания призрачных разрезов. И все бы ничего, но существо не использовало ни энергию Реки Мира, ни даже Терну, так что генерал не мог понять, откуда такая власть у “простой смертной твари”.

Хаджар не стал тратить время на раздумье. Как и в прошлый раз, в битве с волками, он прислушался к ветру, шелестящему внутри мира его души. Среди бескрайнего моря трав, огибая каменный остров с деревом, узником и птицей.

Мир вокруг генерала вновь обернулся туманом, а сам воин — пятном незримого облака. Его шаги не оставляли даже малейшего отпечатка на хрустящем снежном покрове, а плавность движений скорее напоминала взмахи крыльев птицы, решившей доказать миру, что она способна взлететь выше света звезд, чем на движения человека.

Каждый взмах его меча был подобен порыву ветра, таившему в себе миниатюрный, но свирепый ураган. Удары Синего Клинка не порождали ни эхо, ни вспышки, ни разрезы или какие-то другие внешние проявления силы; лишь порывы ветра, несущие в себе едва уловимую угрозу, которая насвистывала леденящую душу мелодию. Словно тысяча клинков на поверхности меча генерала качались танцующей под ласками ветра травой. Как если ветер и меч стали единым целым. Не в той метафоре, что использовали мудрецы путей оружия, создавая границы, очерчивающие уровень их мастерства, а в самом деле — Синий Клинок растворился в потоках ветра, создавая вокруг порывы поющей стали.

Когда грозная лапа каменного медведя взметнулась в воздух, от силы этого движения окружающая атмосфера пошла рябью. Волны истовой силы растекались вокруг, со всех сторон обрушиваясь на генерала мощью множества ударов молотом и топором. Как если бы каждый коготь медведя вдруг обернулся отдельным оружием. И все это вновь без мистерий, терны или энергии “скверны”.

Хаджар взмахнул мечом и порыв ветра окутал его бережным коконом, сминаемым каменной мощью существа. И стоя в центре, держа на весу меча всю мощь противника, Хаджар на миг увидел в отражении Синего Клинка взмах знакомых крыльев и что-то тронуло его сер…

Очередной удар медведя достиг свой цели и, пробив кокон, отбросил воина на несколько шагов назад. Россыпь кровавых капель вырвалась изо рта генерала, на миг зависая в воздухе алой радугой, но еще прежде, чем упасть на снежный настил, она застывала в воздухе ледяной искрой, после чего разлеталась в мелкую пыль, оказавшись запертой между каменным эхо и стальным ветром.