— И какого это умирать, генерал? — голос волка звучал громче самых страшных бурь северных предгорий, а его смех так и остался звенеть в ушах Хаджара.

Последнее, что он перед собой увидел — все те же лица друзей и Лэтэи.

Неужели этот все, чего он смог добиться за все эти годы? Он все еще был слишком слаб, чтобы спасти хотя бы самых родных и близких?

Маленький мальчик, лет пяти, стоял перед гобеленом, на котором изображался воин в черной броне, с черным мечом, черным плащом и единственной цветной деталью — синим поясом.

Глава 1817

Глава 1817

Воин сражался с каким-то жуткими тварями. И, наверное, должен был представляться героем из сказок и легенд, но мальчик не видел ни героя, ни свершений, только монстров. С одной и другой стороны.

К мальчику подошла женщина. С черными волосами и яркими, голубыми глазами. Она пахла домом. Покоем. И тем, что, наверное, можно описать как надежность.

Он знал, что пока она рядом, все будет хорошо.

Как её звали?

Очень просто.

Мама.

— Его скоро снимут, — прошептала она. — Твоему отцу не нравиться этот гобелен.

— Мне тоже, — честно добавил мальчик.

— Почему?

— Потому что тут нет героя, — все так же честно ответил он.

Мама улыбнулась. Ему не нужно было это видеть, чтобы знать. Он просто чувствовал. Потому что когда улыбалась мама, то и весь мир вокруг тоже становился немного приятнее. Ярче и теплее.

— Не во всех историях есть герои, сынок, — прошептала она, нежно проводя ладонью по волосам. — иногда, чтобы одолеть ужас, нужен ужас еще более свирепый.

— А что тогда изменится?