— Зачем все они это делают? — не поняла Астрид. — Почему не что-то хорошее?

— Чтобы смертные страдали, Астрид, — объяснил Совнар. — Это важное и нужное дело.

— Почему?

— Потому что через страдания их души очищаются. Они становятся более…

— Добрыми?

— Вкусными. И выгодными. Мы с тобой демоны, Астрид, и нам от этого прямая выгода. Вот эти все — самые маленькие и жалкие из духов. Крохоборы. Они даже на низших демонов не тянут, поэтому и живут прямо здесь, среди смертных.

Вероника посмотрела на Астрид. Она слушала очень внимательно, но ничего не понимала.

— Все они либо паразитируют, либо добиваются знаков внимания, — сказал Совнар. — Делают что-то или полезное, или условно-полезное, или шантажируют смертных. Домовые духи могут начать шалить, если их не умиротворять подношениями. Водяные могут топить людей — опять же ради внимания и подношений. А вот сейчас я покажу вам лешего… эй, выходи, не прячься, я тебя вижу. Я совершенно мирный кот.

Кусты зашевелились, и из них выглянула испуганная рожица. Был то не леший, а скорее лесовичок — ростом чуть побольше Вероники, с зелеными волосами и веточками вместо ушей и носа.

— Ага, это не леший, а один из его детей, — заметил Совнар. — Они поопаснее для вас, малышей, потому что любят пошалить. Завести в чащу, запутать, поиграть. Обманывать криками, аукать. Ночью заманивают блуждающими огоньками в овраги и топкие места.

— Я так не делаю, — заверил лесовичок. — Колдуны следят…

— Вот видишь, Астрид. Если б колдуны не следили — делал бы. Как делают в остальных частях света, где колдунов не так много.

— Это… слишком… жесткое утверждение, — отвел взгляд лесовичок. — Мы разные бываем. Я могу идти… господин?..

— Можешь, — смилостивился Совнар.

Лесовичок исчез в кустах, а Вероника машинально дернулась следом.

— Это неглубокое погружение в астрал, дети, — сказал Совнар. — Я мог бы показать вам мир снов, зазеркалье, глубокие слои Сумрака. Даже вы сами сможете измениться там, потому что мы сами настолько же многослойны, как и то, что нас окружает. Мы, бушуки, считаемся колдунами-иллюзионистами, но на самом деле мы скорее… хотя вам это не нужно. Как-нибудь в другой раз, да, кнопочка? Я тебя всему научу. И тебя, Астрид.

— Мама говорит, что если видеть слишком много, то оно тебя тоже сможет увидеть, — вспомнила Астрид.

— Это так. Поэтому я научу вас… но как-нибудь в другой раз. А пока что… тебе волноваться не о чем, Астрид. Тебе мало кто осмелится навредить, ты гораздо сильнее всех этих духов.

— А Вероника? — заволновалась за сестру Астрид.

— Что-то мне подсказывает, что это нам стоит волноваться насчет нее, — пристально посмотрел на малышку Совнар. — Да, кнопочка? Я тут днями разговаривал с моим господином… это правда, Астрид?