— Лахджа, дорогая моя Лахджа, — подошел поближе Совнар. — Мне всегда хотелось считать тебя частью моей семьи. А меня — вашей. Я же вам не чужой.

— А что конкретно тебе сказал Фурундарок? — осведомился Дегатти.

— Довольно странные вещи, — уклонился от ответа Совнар. — Безумные. Я бы не поверил, если бы не знал, насколько мой господин не склонен к фантазиям. Он на редкость здравомыслящий демон.

— Это было просто недоразумение, — сказала Лахджа. — Дети нашли какой-то артефакт… одноразовый… И вот так, случайно…

— Лахджа, я еще в тот раз забрал у тебя Часы Правдивых Глаз, — напомнил Совнар. — Не лги мне так нагло. Ты хочешь, чтобы я продолжал тебе помогать и хорошо к тебе относиться?

Лахджа и Майно стремительно обменивались мыслями. Астрид подозрительно косилась на котю Соню, прикрывая собой Веронику. Из гущи ветвей снова высунулась рожица лесовичка.

Он все равно рано или поздно узнает. Он теперь будет вынюхивать. А Вероника все чаще делает… штуку.

Да и это уже секрет Полишинеля. Вератор знает. Мэтр Паганотти знает. Фурундарок знает. Еще… кто там еще знает?..

А через несколько лет так или иначе узнают все. Когда она поступит в КА.

Тем временем Веронике стало скучно. Она выглянула из-за Астрид и спросила:

— Ма-ам, а када дамой? Я кусять хотю… и на гойсёк.

— Сейчас, ежевичка, дядя Совнар пойдет домой, и мы тоже пойдем, — рассеянно сказала Лахджа.

Вероника устало вздохнула, шагнула к Совнару и сказала:

— Ухади, позялюста.

И Совнар пропал. Прежде, чем кто-либо, в том числе он сам, успел что-то сказать, рыжий кот растворился в воздухе.

Майно крякнул. Лахджа выпучила глаза, проводя руками по лицу. Астрид издала неопределенный звук и уставилась на сестру.

— Я надеюсь, что Совнар не обиделся… — пробормотала Лахджа. — Я очень надеюсь, что Совнар не обиделся…