— А это в честь чего?.. — не поняла мама, входя в столовую.
— Сегодня Международный Цвергский день, — с иронией сказал папа.
— Хватит меня дурить.
— Да гость к нам придет! Я пригласил члена экзаменационной комиссии из Делектории. На предварительный просмотр… кое для кого.
Майно и Лахджа посмотрели на Веронику, которая намазала грибным джемом лепешку, откусила кусочек и теперь пыталась понять — это просто гадость или тошнотная гадость?
— О, снова мэтр Паганотти заглянет? — обрадовалась Лахджа. — Он мне понравился, такой милый старичок.
— К сожалению, мэтр Паганотти две луны назад скончался, — вздохнул Майно.
— Правда?! — огорчилась Лахджа. — Как?!
— Расточился, слишком ослабла реальность. Возраст, ничего не попишешь.
— И кого же нам пришлют?
— А вот это еще одна плохая новость.
Ихалайнен уже встречал у дверей гостя. Кряхтя и ворча, в холл, а затем столовую вошел надутый, важный цверг — с удивительно короткой для цверга бородой, зато пышными бакенбардами. Очень маленького роста, зато почти кубической формы, он бросил один взгляд на стол и брезгливо сказал:
— Блевать-переблевать, опять мне цвергскую кухню накрывают. Как же я устал…
Лахджа поняла, что первое впечатление безнадежно испорчено. Цверг снял огромную остроконечную шляпу, плюхнулся на скрипнувший под его весом стул и с укоризной сказал:
— Дегатти, я наземник. Я ниже погреба под землю не спускался. И эту всю гадость я терпеть не могу. Гномий эль!.. ты бы мне еще фнухха налил!..
— Дорогая, познакомься, это профессор Скердуфте, из Делектории, — невозмутимо представил гостя Майно. — Член экзаменационной комиссии.
Лахджа немного натянуто улыбнулась и спросила:
— Очень приятно, профессор. А цверги-наземники любят домашние наливки и колбасы?
— Уж точно сильнее, чем печеных слепышей, — с отвращением поглядел на главное блюдо Скердуфте.
Ихалайнен раздраженно принес обычные закуски и обычное вино. Принес обычный хлеб. Обычное варенье, которому очень обрадовалась Вероника. Спрятавшись от сердитого дяди за лысой крысой, она стянула булочку и принялась откусывать маленькими кусочками, жмурясь от удовольствия.