И снова неясно, с какой целью спрашивает. Хитрый дядя.

— Разумеется. Это лидерский класс, его условие — находиться вместе с воинами. Иммунитет нужен лишь для того, чтобы я не мог быть легко убит фокусом всех стрелков и магов противника. Только в ближнем бою.

Спартанец кивнул.

— Игровая форма защиты лидера, чтобы не оставлять войско без руководства. КЛ «Муравейника» воскресает, если трое его сокланов совершают самоубийство, а глава «Драконов» может воплощаться в любом из своих людей. Dru-zhi-na повезло, что ты и сам по себе сильный воин.

А слабому такой класс и не получить. Я сам еле-еле его требования выполнил. Если бы не Легат, даже не знаю, какой еще уник мог бы взять. Разве что пробовать разные тактики в бою и рассчитывать на что-то вроде «Фланкера».

Ликург ушел. Разбрелись и зрители, для которых я исполнил этот импровизированный спектакль. Надеюсь, фокусить меня теперь действительно не будут. Тем более, это и вправду малоэффективно. Я хожу в тяжелых прочных доспехах, поэтому стрелять в меня без толку. К магии же, благодаря давно окрасившемуся в красное Антимагу, общему количеству ачивок и полученному классу, мое сопротивление очень велико. Возможно, самое высокое в игре.

Надо что-то делать с ближним боем. С бонусами на броню и защиту у меня не очень, в основном упор на атаку, игнорирования и пробивания. В идеале лидеру, от которого требуется не столько дамажить, сколько жить, надо кусимировского персонажа использовать, а не моего. Придется с Лехой поработать над моей обороной и манерой боя. Возможно, придется обзавестись щитом и научиться нормально им пользоваться.

— Вектор, что это было такое вообще? — спросил Саломандр в чате.

— Нет у меня никакого иммунитета, — поясняю ему и остальным сокланам. Им можно рассказать — раскрытие этой информации третьим лицам будет нарушением договора, подсудное дело. — Есть резисты и необходимость махаться в первых рядах. Когда не дерусь — не раздаю бонусы. И хильните меня как-нибудь незаметно, ребра сломаны.

С телом Темного Псаря нам достался отличный набор доспехов, пусть и со многими лишними декоративными деталями. Одна беда — он предназначался для существа седьмого размера, а человек, напомню, четвертого. Тот же облом, что и с бронями драугров-стражей. Пустим в переплавку, наверное. Что с ними еще делать? Над здоровенным острием копья босса вслух размышляет Валентин. Прикидывает, получится ли из него двуручник для Бронекуся.

Собак и босса Пузеславу пришлось разделывать на месте: инферналы в мертвом виде проявили склонность к очень быстрому разложению. Шкуры, скелет и всякий ливер с двух псов отдали спартанцам. Даже на такого большого моба навострившийся Антон тратит не более пары минут.