Даже с некоторым облегчением я отдал трофейный ритуальный нож и удалился. Все-таки не нравилась мне эта вещица, но и выкинуть почему-то рука не поднималась, так он и болтался в моих пожитках. А под пристальным и таким пронизывающим взглядом мага даже не возникло желание спорить и попытаться сохранить его у себя. Возможно, это побочный эффект от высокого ранга в аспекте контроля, а может выработанная с годами способность высокородного. В любом случае, нужно привыкать к общению с такими личностями.

*****************

— А не думаешь ли ты…

— Думал, много думал, — перебил друга Кромвель, когда они с Лавлиеном остались без лишних ушей. — И решил больше не думать. Иногда случаются вещи, смысл которых становится ясен со временем. Попытка вмешаться либо рушит замысел, либо приводит к гибели вмешавшегося. В этот раз я предпочту отдаться течению.

— Что ж, будь по-твоему. Путевой камень оставь себе, и не «на всякий случай», а я действительно предпочел бы, чтобы мы виделись чаще. Не забыл, как им пользоваться?

— Нет, не забыл.

— Ну и отлично, год, может два он еще проработает, потом придет в негодность, ты поймешь это. Буду ждать от тебя сообщений.

— Хорошо.

— И, Кромвель, если ты решишься на попытку, не забудь поставить меня в известность. Я приеду тебя поддержать. Как в случае успеха, так и в случае неудачи.

— Ты тоже можешь рассчитывать на меня, Лавлиен.

— Вот и отлично. Мы еще покажем этим спесивым зажравшимся рыхлобрюхам, на что способны настоящие маги! А пока давай-ка поподробнее про этот форменный беспредел, устроенный Бродриком под носом у Империи. Я через 15 дней планирую быть в Триеме, а значит эта информация для имперской канцелярии будет свежее и достовернее большинства поступающих донесений. Хоть мы и на службе сейчас у других господ, все-таки нельзя забывать чьими подданными мы остаемся. А бездействие в глазах императора равносильно предательству.

— Не переживай, отчет я уже подготовил, передай мое письмо лично ректору Дебалю. Так оно дойдет до нужных людей куда быстрее.

— Надеюсь, ты не забыл в нем упомянуть о грешском боевом маге, открыто использующего «сродство»?

— Не забыл, как и написать о твоей блистательной над ним победе.

— А вот это было необязательно. Не хотелось бы быть втянутым во всю эту историю.

— Нити уже сплелись, хочешь ты того или нет, они связали нас снова, как и этого странного парня Мазая. Что из всего этого выйдет — покажет время.

Эпилог

Сидеть вот уже который час в кустах было крайне неудобно. Толком не пошевелиться, не размять затекшие ноги. Я даже начал немного по-другому смотреть на «труд» разбойников. Почему говорят, что ими движет жажда легкой наживы? Где же тут легко, когда все тело затекло, трава нещадно щекочет лицо, а ты еще и вспотел на солнышке под полным боевым облачением? Вот уж не думал, что «еще одно дельце», о котором упомянул сотник Брок, будет обычным дорожным разбоем. Правда, в наше оправдание следует сказать, что мы собирались не столько воровать, сколько взять нам по закону причитающееся.