— А-А-А!

БУМ!

— А-А-А!

БУМ!

— А-А-А!

БУМ!

Сантехник заметил, что защита противника стала проседать. С каждым ударом он близился к победе. Внезапно он услышал громовой раскат пистолетного выстрела, а в следующее мгновение почувствовал удар в бок.

Стас повернул голову и обнаружил двойника, который стоял в кузове пикапа с пистолетом в руке. В то же мгновение он сдвинул Фиксова в воздухе. Тот стал живым щитом.

БАХ!

Второй выстрел Звягинцеву ничем не навредил. Пуля попала в Степана и была остановлена его защитой.

— ПРИДУРОК! — завопил он. — Не в меня стреля… а-а-а-ай…

Стас запустил им в двойника. Фиксов врезался в своего клона, который развеялся. Столкновение не прошло для него бесследно. Его голова обзавелась рваной раной, из которой на бетонное покрытие плотины капали алые капли крови.

— Ты сдохнешь, тварь! — прохрипел Мессия.

Станислав приложил им со всей силы об бетонный пол и оставил там лежать. Следом он тут же поднял в воздух железобетонный блок. Четырёхтонная глыба со всего маха рухнула на Степана. От столь сильного удара сотряслась плотина, а блок раскололся на несколько неровных частей, из которых во все стороны торчала арматура.

От обычного человека осталось бы мокрое пятно, но Фиксов лежал на плотине и выглядел относительно невредимым. Амулет защищал его из последних сил.

Стас ещё пару раз уронил на него остатки блока, после чего начал опутывать его тело арматурой, надёжно фиксируя его тело к самому крупному осколку бывшего ограждения. Подобно лианам арматура опутывала тело Степана, не давая ему возможности шевелится.

Фиксов создавал дублей одного за другим, но Звягинцев их моментально сбрасывал с плотины в бурлящие потоки воды. Наконец, он максимально обвязал тело Степана арматурой. Тот пытался расплавить стальные пруты плазмой, но вместо этого у него получилось вызвать лишь маленькие огненные всполохи, которые пробегали по его защите.

Амулет потерял почти всю свою мощь, защищая носителя. Раньше его подпитывали тысячи душ людей, которых убивали «игроки» в другом мире. Он был способен противостоять термоядерному взрыву. Но битва с Неведомо Хреновым Сантехником истощила резервы артефакта. Степан своими жертвоприношениям умудрился его зарядить на малую доли мощности. Оттого неудивительно, что энергия в амулете иссякла.

Станислав тоже чувствовал свой придел. Кровь, ручьём текущая из простреленного бока, стремительно отнимала его силы. Напрягшись в последний раз, он поднял над плотиной остатки блока с привязанным Степаном, после чего сбросил его вниз в бурлящие потоки воды. В полёте Фиксов прокричал: