Помощь пришла оттуда, откуда я и не ждал: помещение заполнилось звуками песни. Голос был Дубравкин, но вжисть не догадался бы, что она умеет так петь. Величественно, непонятно, словно на латыни. Звуки песни разливались по залу, набирали силу, отражались эхом от сводов. Демон(ы) занервничал(и), и я понял, что это не просто песня, это эгрегор!

Я отдался чарующим, величественным звукам и ощутил, как сновидческая рогатина преобразуется в эгрегорную и наливается плотностью и могуществом. Ее форма сильно отличалась он той, что была во врем битвы с драконом, зеленое древко закручивалось по спирали и несколькими перегибами переходило в наконечник, больше похожий на зуб вилки.

Как только рогатина полностью сформировалась, то хлыст, удерживающий руку с ней, сказал «пуф!» и погас.

На определенной ноте голос Дубравки замолк и был подхвачен голосом Лалы. Слова и мотив были теми же, но сам голос был более мягким с одной стороны и более холодным с другой. От ее пения в древко рогатины стал вплетаться второй виток, каменный. Он же сформировал вторую сторону вильчатого наконечника, и погасил второй хлыст.

Демон начал «кучковаться», кажется пока еще не понимая, что происходит и какой стиль боя будет более эффективен — тремя или одним телом?..

Русалки запели хором, и рогатина вспыхнула зеленым и голубым пламенями, стала удлиняться, шириться, не прибавляя при этом в весе. А между двух зубцов наконечника загорелось пламя жар-цвета.

— А у кого-то длине-е-е! — спародировал я его фразочку.

Демон завизжал и стал сливаться в одно тело, но не успел — рогатина коснулась его и испепелила тем же пламенем, в котором я «испепелил» тьму и русалок во время ивента! Тающая полу сформированная демоническая голова как-то уж совсем замогильно проблеяла:

— Я запомню тебя, рус…

И все, конец.

Демон не спешил возрождаться, пение русалок резко оборвалось, и рогатина исчезла.

— Девчонки, что за дела? — крикнул я куда-то к своду, — я бы и сам справился…

— Так ты сам и справился… — ответил мне свод рокочущим голосом Дубравки.

— Вы же говорили, что это ваша земля, что вы ее сумеете защитить? — уточнил я второй неясный момент.

— Конкретно эта — не наша! — возмутился свод голосом Лалы, — так что хватай сурицу и бегом обратно!

— Понял, не дурак, — пробурчал я, устремившись к подъёмнику, — дурак бы не понял…

Подъемник словно почувствовал, что к нему идут и начал медленно опускаться. Хотя может и не медленно, просто расстояние до потолка по моей прикидке было порядка пятисот метров, то есть если лифт будет двигаться со скоростью пятьдесят метров в минуту, то спустится через десять минут. Пятьдесят метров в минуту для лифта не такая уж низкая скорость, почти метр в секунду. Таким образом, у меня образовалось минут десять для того, чтобы оглядеться и собрать трофеи.