Обойдя брата, я направился к летней кухне, где уже хлопотала мама, и уселся за стол.

— Что это Скор, ты с утра грустный? — мать всегда тонко улавливала моё настроение, — Сон плохой приснился?

Я пожал плечами — нет, последнее время у меня плохие сны были довольно редки.

— Или Первуна к Свете приревновал? — перешла мать на шепот, склонившись к моему уху. И как это у неё получается? Я ведь на самом деле не тринадцатилетний подросток, а умудренный годами мужчина, переваливший за возраст расцвета сил, но она всё равно читает меня как открытую книгу. Иногда даже мне в её тревожных взглядах видится понимание моей истинной сущности. Хотя это, вероятнее всего, игра моего не в меру бурного воображения. Но вот сейчас она тонко почувствовала мои душевные терзания. Да, приревновал! Не заслуживает он её вообще никаким боком! Но проза жизни такова, что отец уже давно сговорился со Святославом о том, что мой туповатый братец женится на Свете. Вот в этом году, как уберут урожай, так и сыграют свадьбу.

Отрицательно мотнув головой, я откусил лепешку и запил её молоком из глиняной чаши — свои сердечные муки я не готов был обсуждать даже с матерью. Да и не стоит сильно переживать из-за женского вопроса, ведь в ближайшие годы я собирался покинуть племя — стать изгоем. А женщина в этом деле была бы только обузой. Но… Всё равно печально.

Плотно позавтракав, я положил в котомку две лепешки, кусок сыра, закинул за плечи пустой берестяной туес, взял в руку копьё с костяным наконечником и отправился в путь. Идти мне предстояло примерно два часа по хорошо знакомой дороге, поэтому я погрузился в раздумья и воспоминания о прошлой жизни.

Глава 2

Глава 2

В ноябре 1941 года меня отозвали из партизанского отряда сначала в Москву, а потом отправили в Горький, на автомобильный завод. Здесь мне было поставлено две задачи — наладить и расширить выпуск снегоходов, а также совместно с другими инженерами спроектировать самоходную артиллерийскую остановку. Не буду описывать, каких усилий это мне стоило — довольно часто я с тоской вспоминал о вольготной жизни в партизанском отряде. Но, не смотря ни на что, с этими задачами мы справились и наша техника внесла весомый вклад в Победу, которая состоялась восьмого января 1944 года.

Для меня этот праздник был в самом деле со слезами на глазах — большая часть партизанского отряда была уничтожена летом 1943 года — Кузнецов, Антипов и многие другие погибли, а вскоре гестаповцами была ликвидирована и подпольная ячейка в Бобруйске. Ольга Коротаева была повешена двадцать второго августа и в ту же ночь она явилась мне во сне. Моя любимая девушка стояла в белом платье посреди поля покрытого ярко зеленой травой и с тоской смотрела мне в глаза.