В этом тот не сомневался. «Уж кто-кто, а Вайзингер наверняка знал, кого в городе можно хорошо пограбить».

— Казну у купчишки забрали, богатый был дома, целые сундуки серебра, людишки Вайзингера едва руки себе не оторвали, пока носили всё в телеги.

— Значит, вы довольны ночным делом? — догадался Волков.

— Доволен, — соглашался капитан. — Вайзингер сказал, что посчитает и мою долю тоже, ведь и я там пригодился.

— Пригодились? — уточнил генерал. — Как?

Он понимал, что человек типа Неймана не мог пригодиться как грузчик украденного.

— Так хозяева вздумали артачиться, сами за железо взялись, слуг вооружили и науськали. Пришлось вразумлять.

— И как прошло вразумление?

Нейман пожал плечами:

— Так, как и должно: самого борзого из слуг пришлось убить, а самого дерзкого из сыновей хозяина… Я разбил ему скулу молотом. Рухнул как мёртвый.

— Умрёт? — спрашивает генерал.

— Это вряд ли, но красавчиком его теперь точно не посчитают, — и, поясняя, а может быть, и оправдывая свои действия, капитан добавил: — Зато другим острастка была, больше никто драться не захотел, по углам забились да только проклятиями сыпали, пока людишки Вайзингера дом их очищали.

Волков, слушая это, одобряюще кивал: хорошо, хорошо. Это было как раз то, чего он и добивался. И пара-тройка мертвецов была как раз кстати. Еретикам должно стать неуютно в родном городе. И страх был самым лучшим для того средством. Ни на улице, ни дома они не должны чувствовать себя спокойно. Вот только одно барона не удовлетворяло во всём случившемся. А именно то, что угроза для безбожников пока что исходила от его людей, а должна была исходить от горожан, от вчерашних добрых соседей этих еретиков.

И именно к этому он всё и вёл, но пока пусть еретики и дальше боятся; и для этого…

— Друг мой, — начал генерал, — у меня есть ещё одно дельце для вас.

— Я готов, — сразу ответил Нейман, но тут же оговорился: — Если дело, конечно, праведное.

— На сей раз наиправеднейшее, — успокоил его Волков. — На сей раз наказать надобно ярого безбожника, главного пастыря еретиков, коего прозывают Хаанс Вермер.

— Надобно его убить? — сразу спросил капитан.

— Нет, надо избить, но бить нужно хорошо, — Волков понизил голос. — Не так, как нашего монаха.

— И где мне его найти? — так же тихо спросил Нейман.