— Что? — спросил он, боясь, что сделал что-то не так, но она не смотрела на него. Она смотрела в окно.
— Там птица.
Джулиус сел в тревоге. Да, голубь сидел на подоконнике. Обычный городской голубь, но в шляпке с цветочком на пернатой голове, привязанной под углом.
Она клевала стекло, а, когда увидела Джулиуса, ее горло затрепетало от воркования с вопросом. Она все еще ворковала, когда Джулиус поднял руку и схватил шнурок жалюзи.
— Погоди! — завопила Марси, когда жалюзи рухнули на окно. — Это не Боба…
— Да.
— Тогда почему ты…
— Потому что мне плевать, — Джулиус уткнулся лицом в ее шею. — Что бы он ни хотел мне сказать, это может подождать.
— А если это важно?
— Не важно, — упрямо сказал он, приподнявшись, чтобы посмотреть на нее. — Мне надоело ставить другое выше нас, Марси. Когда я в прошлый раз выбрал Хартстрайкеров выше тебя, ты умерла. Я не забуду этот урок. Боб может потерпеть пару часов, но я не буду больше принимать тебя как должное.
Он сжимал ее крепко под конец. Но, когда он попытался отпустить, она не позволила. Она поцеловала его, водила губами по его губам, пока они не затерялись снова, укутанные в тепло в мире, где, хоть раз, они были самыми важными.
* * *
Высоко над высохшим дном озера Сен-Клер на последней уцелевшей стальной балке, которая когда-то была частью бульвара с изящными — и рухнувшими теперь — отелями у озера, сидел дракон, скрестив ноги, под защитным пузырем, созданным его огромным мечом в форме клыка, ел сэндвич с курицей и смотрел, как магия поднималась с земли, как перевернутый снегопад.
Было немного тесно — даже Клык Мага Хартстрайкеров с трудом справлялся с такой катастрофой — но Брогомир был доволен. Не каждый день он мог посмотреть на конец мира из первого ряда.
Он только доел сэндвич и тянулся в бумажный пакет за вторым, когда голубка в милой шляпке опустилась на его ногу.
Одна.
— Значит, это «нет»? — Боб печально опустил сэндвич.
Голубка качнула головой, прыгнула на его колено и клюнула сэндвич, который он опустил.
— Я подозревал, что он не придет, — сказал пророк, распаковывая сэндвич, чтобы ей было проще есть. — Но маленький шанс был, и я надеялся поговорить с ним нормально, пока не…
— До конца.