– Итак, тебя интересует Аим, – начала Бетс, присев за стол.

– Как хорошо вы его знаете?

– Достаточно.

Жулли и Розали сели напротив Бетс. В комнату падал желтый свет с окна, отчего Жулли поморщилась. Она могла бы уйти и найти более темное место, но ей нельзя было спускать глаз с Розали. От переутомления и света у Мотылька закружилась голова, и она облокотилась на стол локтями.

Розали, быстро сообразив, провела рукой по воздуху вдоль окна. И вслед за жестом появился черным дым. Он, как плотная пыль, насел на окно, заблокировав свет. Комната погрузилась во тьму.

«Насколько она стала сильней? Раньше ее едва хватало на маленькую искру дыма. Если она так привязалась к магии, сможет ли она ее забыть во Франции и опять вернуться к жизни в театре?» Жулли засомневалась в правильности своего поступка. Ей нужно было с кем-то поделиться, рассказать, спросить совета. И эту роль всегда исполняла Розали.

Жулли заерзала на стуле, чувства вины и неуверенности понемногу одолевали ее.

Бетс щелкнула пальцами и вернула свет в комнату: маленькие свечки, которые раньше были незаметны на кухне, зажглись. Теперь их лица были видны в полумраке.

– Каков он? Ему можно доверять?

– Ты задала два разных вопроса, – протянула она.

Жулли подметила, что Бетс не особо шла на разговор.

– Послушайте, мне и моим сестрам предстоит пойти с ним в туманный лес завтра. Но Аим… С ним что-то не так. Он часто заводит речь о мести. Я знаю, его подставили. Он ничего не сделал такого, чтобы заслужить поездку в тот проклятый лес год назад.

– Ты знаешь? – удивилась она. – Аим рассказал тебе?

– Вроде того.

– Когда его арестовали, – спокойно начала Бетс, – я думала, что больше никогда его не увижу. Да, Аим уже тогда был сильным визардом, но заключенные из того леса не возвращаются. Особенно когда посылают на год. – Бетс замолкла на пару мгновений. Ее взгляд устремился куда-то вдаль, куда-то далеко в прошлое. Она явно вспомнила те роковые моменты.

– Бетс? – окликнула ее Жулли.

Световая сразу же продолжила свой рассказ. Однако она решила не упоминать о тех минутах, когда Аима обвинили. Вместо этого она продолжила с того момента, когда он вернулся.

– Наша встреча после туманного леса состоялась совсем недавно. Аим навестил меня спустя год. Я посмотрела в его глаза, но с трудом узнала моего мальчика. Иногда мне кажется, что это не он, а темный дух, который вырвался из леса в его обличье. Лес точно забрал частичку его с собой и похоронил в своих гнилых землях.

– Какой он был раньше? – поторопила ее Розали.

– Аим был самым жизнерадостным юношей, которого я когда-либо встречала. Хотя на его долю выпало немало препятствий. С рождения его обвиняли в расколе светового дара. Этот дар чрезвычайно ценен для световых. Дедушка Аима и Адриана купил его у предыдущего владельца за большую сумму, и при смерти тот передал его ему. Их дедушка положил дар в сосуд и хранил его до рождения внука. Однако, когда мать Аима и Адриана забеременела, было решено передать световой дар ребенку прямо в утробе.