– Кто этот человек? – продолжила она напирать.

– Эм… Бетс. Бетс Эйбрамсон. Она работает в бутике неподалеку. Можешь ее навестить, если хочешь.

Телефон Аима пропищал. Он заглянул в него.

– На сайте вывесили список с именами тех, кто проходит дальше, – прокомментировал он. – Энн и Жулли прошли. Тебя дисквалифицировали.

Он не решался опустить телефон и поднять взгляд на Розали. Она пропустила его слова мимо ушей. Они никак не задели ее.

– Бетс Эйбрамсон? Хорошо, я навещу ее.

За спиной Аима Розали увидела, как к отелю подъехала машина. Из нее вышел отряд.

– За тобой и Луизой приехали. Они отправят вас назад.

В глазах Аима читалась растерянность. По коридору раздался топот. Розали оглянулась и увидела Жулли.

– Они схватили Луизу и ищут тебя. Почему? Почему тебя увозят? Это какая-то ошибка. Ты должна сказать им, что ты вышла на свет.

Розали достала маленькую колбочку из внутреннего кармана черной джинсовой куртки. Она открыла ее и нашептала пару слов. Черный дым заполнил сосуд. Розали прекрасно понимала, что этим она еще больше разозлит Духов. У поступка будет своя цена. И, возможно, как всегда, они попытаются ранить ее через Энн. Но у нее не было другого выбора: как ей казалось, ситуация чрезвычайная. Она закрыла сосуд на глазах Жулли и Аима.

– Мы с Жулли уйдем ненадолго. Начинай подготовку к туманному лесу, я буду там, – скомандовала она.

Краем глаза Розали заметила движение Аима в ее сторону. Однако он не стал ее останавливать и дал уйти.

Розали схватила Жулли за запястье и повела вдоль коридора.

– Выйдем через черный вход.

Жулли, в отличие от Энн, не пыталась выяснить, что Розали скрывала, она понимала, что спрашивать было бесполезно.

Сердцебиение Хранительницы тайн участилось. Она боялась того, что натворила, и боялась мести Духов за это. Спрятать секрет об использовании черной магии – поступок не из лучших. Однако теперь никто из судей и других людей не вспомнит об этом. Никто, кроме мертвых. Мертвые все помнят и знают. Предки-сорсиеры не забыли, и они точно не в восторге от этой спрятанной тайны. Они не давали своего согласия, а Розали не спрашивала.

В Мажиенне была только одна душа, которая помнила о проступке Хранительницы, помимо ее самой, – Аим. Розали не использовала на него заклинание забвения. Он помнил то, что было между ними в темноте. Глубоко внутри Розали понимала: если забудет он, то она погрязнет в чувстве вины, потеряет себя, закроется от него и от сестер. Он должен помнить. Да, такое поведение противоречило наставлениям Хель, но он должен был помнить. Розали не потянет сама еще один темный секрет. Ей нужен был кто-нибудь, кто будет стоять рядом с ней, проходить через все вместе. Однажды Аим сказал: «На этот раз ты не будешь одна, ты разделишь этот путь со мной». Розали надеется, что его слова не были ложью.