Улыбка сползла с лица Розали так же быстро, как исчезло ее внутренние спокойствие. «Аим никогда бы такое не сказал. В нем говорит темный дух».

– Я отдал их на растерзание Гиане – темному духу с полуплотью. Он пришел ко мне ночью, прося отдать отряд ему. Взамен я мог уйти целым и невредимым. Я обыграл лжецов и мерзавцев. Я защитил себя.

Розали притянула к себе ноги и неосознанно сильнее вжалась в скат. С кем она сейчас говорила: с Аимом или уже только с духом?

– Вот что случилось с твоим отрядом? Ты отдал их духу. – С ее языка сорвался следующий вопрос. Он прозвучал настойчиво, оглушительно. Он мог разозлить и без того злого Аима, но она не сдержалась. – Неужели не было другого пути?

– Зачем? Я выжил, это все, что имеет значение. С ними шансы остаться в живых были малы. Мы были в багровой зоне, она кишила духами. А в отряде двое раненых, мы бы не ушли далеко. Я бы умер, если бы остался с ними.

– Ты мог просто уйти.

– Мог, – подтвердил он. – Но я бы не решился сам. Он спас меня.

– Он не спас, он уничтожил твою человечность. Ты не видел себя со стороны, но я помню, каким ты пришел к нам в первый раз: ожесточенным, хмурым, суровым. И Энн хорошо разглядела в тебе опустошенность. Никаких чувств, ничего. Пус-то-та.

– Разве не идеально?

Розали решила посильнее надавить на чувство вины, что-то же должно было вернуть Аима в прежнее состояние или хотя бы замедлить яд темного духа. Он сдавался, он прогибался под его воздействием.

– Какова возможность, что тот… как его там…

– Малум.

– Какова вероятность, что Малум – кто-то из твоего отряда, кого ты оставил умирать?

– Никакой. – Он равнодушно пожал плечами.

Она не увидела ни капли жалости в его глазах.

– Хватит! – Розали подорвалась с места. – Нам надо выбираться, сейчас же. Тебе становится только хуже.

– Нельзя. Если не хочешь стать закуской Малума, сядь.

– Но и твоей закуской я стать не хочу.

– Сядь, – озлобленно прошипел он.

– Нет!