Розали поспешила растереть руки, чтобы прогнать холод. Однако это не помогло. Аим ждал ее у костра с горячим термосом в руке. Его взгляд был ясный и жесткий – и никаких следов черноты.

– Крепкий кофе.

Розали взяла кружку, присев рядом с ним на землю. Она сразу сделала пару глотков, и горячая жидкость согрела замерзшее тело. Аим передал ей тарелку с бутербродом. Она принялась за него и заодно оценила вид Аима. Он выглядел живым – это все, что имело значение. Он жив, он здесь, он с ней.

– Ты злишься на Жулли? – внезапно спросил он.

Теперь, когда Аим пришел в себя, он вспоминал события, с которых началось их длинное путешествие к реке. Он вернулся назад в прошлое, которое Розали давно пережила в уме не один раз.

– И да, и нет, – замялась она.

– Она подставила всех нас.

– Она лишь хотела спасти себя от меня.

– О чем ты?

– Точнее – Ревэ от заточения, себя – от лунного проклятия и всех нас – от гнева Предков-сорсиер, который я постоянно обрушиваю на нашу семью. «Жулли единственная из нас достойна ночного дара», – это слова Энн. Сначала я разозлилась на нее за них, но потом поняла, что так оно и есть. Она поступает как должно. – Через некоторое время она продолжила: – Жулли всегда была рядом, ее никогда не пугали мои тайны. Мне трудно злиться на нее, да я и не хочу.

Розали задумалась, что чувствовал Трэвис Нуар, когда узнал о планах Эндрю вновь подчиниться Духам и прекратить круговорот воскрешений. Ведь он всегда был против них. Как и Розали с Жулли, Трэвис и Эндрю выросли вместе. Удивительно, но циничная душа Трэвиса прекрасно ладила с мечтательным Эндрю. Как и хрупкая душа Жулли ладила со взрывным характером Розали.

– Вы не свободны, – прошептал Аим. – Вынуждены подчиняться умершим визардам. Ты не свободна.

– Это наша учесть. Хель говорила, что нам выпала огромная честь – быть обладателями ночных даров.

– А что думаешь ты?

– Я с ней согласна. – Она пожала плечами. – Остальные считают их нашим проклятием, особенно Энн и Аврора. За обладателями световых даров нет никакого контроля, так ведь? – сменила она тему.

– Нет, – подтвердил он. – Наши дары не столь судьбоносные. Да даже если бы и были, призраки не смогли бы связаться с нами. Путь к нам им закрыт. Световые связаны со всем живым, а призраки в этот список не входят.

– Иногда я представляю, какой была бы моя жизнь, если бы я была световой сорсиерой.

– Ничего себе, – удивился он. – И что же ты представляешь?

Аим наклонился к ней, внимательно слушая.

– Я бы проводила целые дни на солнце. Жила бы поближе к пляжу.