– Тебе бы надоело, – отмахнулся он.

– Дни бы проводила на сцене… нет, я бы играла спектакли на открытом воздухе, а вечером, как и все люди, пряталась бы от ночи, завешивая окна плотными шторами, а не открывая их настежь, чтобы напитаться энергией от Луны.

– Много витамина Д вредно.

– Завела бы большущий сад с живыми цветами.

– Я тебе и так могу подарить много цветов.

– От моих прикосновений они завянут.

– На следующий день принесу новые. Видишь? У тебя нет никаких причин становиться световой.

Розали рассмеялась.

– Не была бы знакома с мертвецами. Мартой, Кайлом или Гадесом. И не скучала бы по тем, кого и не должна была знать.

– Гадес не совсем мертв. Я его вижу. А призраки бывают полезными. Ты забываешь про плюсы, Розали.

– Когда ты стал фанатом ночных? – Она игриво толкнула его в плечо.

– Когда встретил тебя, – ответил он и подмигнул.

Она отвернулась от него и посмотрела на реку.

– Я бы полюбила рассветы. Стала бы похожей на маму. Ты знал, что ее имя переводится как…

– Рассвет, – закончил он за нее.

– Она хоть и не световая сорсиера, но тоже связана со светом и жизнью.

– В ночи есть своя красота.

– Что ж, расскажи мне про нее. Что бы ты делал, будучи ночным?

Розали отпила горячий кофе. Аим задумался на пару мгновений.

– Я не знаю, что бы я делал, но уверен, что я никогда не оставался бы один, даже если бы мне казалось, что никого в комнате больше нет.