Сомнение в том, что я лицезрю настоящего Элвиса, придало мне сил, чтобы удержаться от очередного приступа неадекватного поведения и сказать:
— Нет-нет, так не годится! Она вышла, он вошёл… Вы, что, серьёзно?! Вы тут думаете, я в это поверю?!
Элвис взглянул на меня своим фирменным взглядом — таким мрачно-сонным, густым, очень липким. Кажется, он разозлился, но у меня в животе закружились не бабочки даже, а реактивные самолёты. Лицо и уши мигом покраснели. Стало дико страшно, что он догадается сейчас, чего мне хочется, но в то же время — что не догадается.
— Ты считаешь, я тебя обманываю? — спросил певец ужасно строгим и ужасно сладким голосом.
— Меня последнее время очень часто обманывали… — Пролепетала я кое-как. — Один человек убедил меня, что он — это вы… И вовлёк в большие неприятности…
— И как мне доказать, что я — это я?
— Не знаю… Вы ж бесплатно… не поёте?
— Я пою, когда хочу, — ответил Элвис. — Уж тем более, дома у себя.
И тут он и правда запел на мотив «Вернуть отправителю»*:
Коробку дал тебе Стааалин Ко мне свезти её. Приказ довольно банааален — И вот мы здесь вдвоём. Так что ж ты тупишь? Отдааай посылку. Давай сюда. Отдааай посылку! Блин, что за ерунда!На последних строчках он сделал несколько таких забавных движений — точь-в-точь как фильме «Девушки, девушки, девушки». Это было так по-элвисовски! И в то же время… так подозрительно! С чего бы певцу с мировым именем устраивать тут передо мной весь этот концерт? Ради какой-то дурацкой посылки от Сталина? Ради глупой коробки от бункерного тирана?
Нет, что-то здесь не чисто! Может, кто-то снова Элвисом прикидывается? Может, спецслужбы посылкой хотят завладеть? Наши? Или русские? Не знаю, всё равно.