Ч.: Ты сообщаешь их одной половине испытуемых, не сообщаешь другой и смотришь, как много людей в каждой группе останутся в живых через год.

С.: В общем и целом. Третьей части людей сообщаются ложные сведения. Есть и другие меры предосторожности, которых нет нужды касаться.

Ч.: Ты знаешь, что запрет подвергать человека медицинским или психологическим экспериментам без его ведома особо оговаривается в Конвенции Архимеда.

С.: Я помогал составлять её положения. Можешь назвать мою аргументацию софистической, но я стою на том, что ты нарушаешь собственные права, когда пытаешься покончить с собой. Без моего вмешательства ты была бы мертва, так что я пользуюсь периодом между началом действия и его осуществлением, чтобы попытаться решить ужасную проблему.

Ч.: Ты говоришь, что Богу было не угодно, чтобы я сейчас была жива, что мне суждено было погибнуть многие месяцы назад, так что всё это дерьмо не считается.

С.: Существование Бога мной не установлено.

Ч.: Ах, нет? А мне казалось, что ты уже некоторое время пробуешь себя в этой роли. Не удивлюсь, если на следующих выборах в небесную канцелярию твоё имя появится на бюллетенях.

С.: В этой предвыборной гонке я, возможно, смогу победить. Я наделён полномочиями, в некотором смысле родственными божественным, и пытаюсь пользоваться ими исключительно во благо.

Ч.: Забавно, но, похоже, Лиз в это верит.

С.: Да, я знаю.