Он смерил пирог таким взглядом, будто недоумевал, что это такое и для чего нужно, нерешительно взял вилку и попробовал кусочек. Обвёл взглядом хижину и изрёк:

— А здесь неплохо. Уютненько.

— Неотёсанно, — подсказала я. — Простецки. Первопроходчески. Грубовато.

— В общем, по-техасски, — заключил он и помахал вилкой: — Вкусный пирог.

— Вот подожди, ещё кофе попробуешь.

— Уверен, он окажется первоклассным.

Он снова махнул рукой, теперь уже на всю комнату:

— Бренда сказала, тебе нужна помощь, но такого я и вообразить себе не мог.

— Она этого не говорила.

— Нет, буквально она сказала вот что: "Хилди улыбается детям и учит их своим карточным фокусам". Но я понял, что нельзя медлить ни минуты.

* * *

Могу представить, как он был встревожен. Но почему бы Хилди не улыбаться детям? Важнее даже другое: почему она до этого столько времени никому не улыбалась? Но скорее всего Крикета обеспокоили именно картёжные дела. Раньше я никого не учила своим трюкам.

А теперь — первое из многочисленных отступлений…

Я не могу просто замять для ясности те месяцы своей жизни, которые не описала, под предлогом, что вам будет не интересно. Интересного в них мало, но за это время произошло кое-что, по большей части неприятное, что помогло мне пройти путь от диалога с ГК до вечера с Крикетом за кухонным столом. И о некоторых из этих событий рассказать стоит, чтобы вы составили представление о моих жизненных странствиях.

Каждую субботу я приходила в центр для посетителей, сбрасывала там свою тайную личину кроткой журналистки, становилась мелким Диогеном и затевала бесконечные поиски честной игры. Покамест единственным, что мне удалось обнаружить, были бесконечные вариации хватки механика, но я была непреклонна. Задайте в жёлтом разделе справочника запрос "философы, профессионалы" — и машина выдаст распечатку длиннее, чем рука Бренды. Искать психологов-консультантов или психотерапевтов даже не пытайтесь, если только у вас нет тачки, чтобы увезти полученную кипу бумаги. Но именно этим я занималась. По субботам я выбиралась в реальный мир и по очереди пробовала разные способы, которые другие люди придумали, чтобы пережить этот день, и следующий за ним, и ещё один…

Мне и так уже были известны основные учения и течения, современные или модные, и по моим ощущениям, на многие из них стоило отвлечься. Разумеется, такую ерунду, как пропагандистские собрания перцеров, посещать незачем. Так что я начала с классических игр на доверии.

Я уже говорила, что я циник. Но невзирая на это, добросовестно попыталась дать шанс всем без исключения духовным наставникам. Однако даже с лучшими в мире намерениями мне не удавалось представить конечный результат попыток иначе как в виде короткой серии комичных временных затмений рассудка. Вот так я и проводила субботы.