Олег откинулся на спину. Небо над головой было светлым, но утро это или вечер — не понять. Как долго он тут провалялся? Где остальные? И за каким хреном Авила взялась его защищать?

По левую сторону разгорался погребальный костер, припекало все сильней, и Олег подумал, что неплохо бы отползти.

— Авила, — хрипло позвал он.

Она развернулась резко, одарила гневным взглядом. Прошипела:

— Жить хочешь?

Он моргнул. Ну что за вопрос? Конечно, он хочет жить! Кажется, она прочитала это в его глазах и улыбнулась. Это была улыбка какой-то другой Авилы, такой… свободной и уверенной в себе женщины.

— Тогда молчи, пока не спрашивают.

Она сказала на эйлате что-то еще, и к нему подошли двое. Олег напрягся, но, кажется, убивать его прямо сейчас передумали: мужчины подняли его, перетащили к дереву и довольно грубо сгрузили. Парень зашипел от боли.

Авила присела рядом.

— Ты почему не ушел? — тихо и зло спросила она.

— Ты в меня нож всадила, вообще-то! — возмутился он.

— А вот нечего было меня злить! — огрызнулась, но тут же спросила с участием, — сильно болит?

Олег поморщился. Не понимал он ее. То убить пыталась — и ей бы это удалось, не дернись он, — то проявила заботу. Она наклонилась к нему и тронула кожу в уголке глаза. Оттянула нижнее веко, нахмурилась.

— Ты встретил кого-то из братьев в лесу, да? И тебя ослепили. Как сейчас видишь?

— Откуда… а, ну да, ты же с ними. Нормально я вижу.

— Ты убил его? — спросила совсем тихо, наклоняясь еще ниже, не отрывая взгляда от его глаз.

— Не знаю, — шепнул в ответ. — Скорее всего, да.

— Хорошо. Только, заклинаю тебя, не говори об этом никому. Даже под пытками.

— Стоп. Под пытками?

Она не ответила. Поднялась резко, обдав запахом сушеных трав и крови. Стыдно было признаться, но Олегу не хотелось отпускать девушку от себя — она единственная стояла между ним и торийцами. А он был не в том состоянии, чтобы защищаться самостоятельно.