— Тебе не кажется, что здесь слишком тихо? Ну… для темных земель. Когда мы ходили тут в прошлый раз, все было иначе. Стая гзарок, сорх, глухорн, еще какая-то пакость… и все это хотело нас сожрать. А сейчас…

Он обвел растопыренной ладонью пейзаж, будто призывая полюбоваться. Лес тут стоял плотной стеной, горы скрылись из виду, но посмотреть было на что. Старая дорога полого спускалась в низину, изгибаясь и уходя вправо. Ну просто сказочный тоннель под плотной шапкой крон.

— И тихо. Весь день тихо. Ну, не считая той гзарки. И зайцев хищных. И шуршиг. И… — он задумался, понимая, что начинает сам себе противоречить. — Ты же поняла меня, да?

Мия замерла, прикрыв глаза, но тут же на нее ругнулись сзади, и девочка, краснея, быстро зашагала вперед, догоняя серую кобылу.

— И правда, тихо, — отозвалась она. — Зверья тут полно, я чувствую их, но далеко. И они… кажется, они нас боятся.

Тимур хмыкнул. Неужели, разговоры про большой отряд, на который не нападают, были не таким уж и бредом? Неужто и вправду работает прикрытие грена Лусара, и маги для местных зверюшек будто не маги вовсе?

Может, и пройти без проблем получится?

Он хотел на это надеяться, но не мог. Со свойственным ему пессимизмом, Тимур ожидал от леса пакостей. И, чем благостнее становилась окружающая картина, тем мрачнее были его мысли.

— Смотри, еще одна деревня.

Мия махнула рукой, в ту сторону повернулась Марина, сзади кто-то зашушукался.

Еще утром они прошли одну деревушку, небольшую, дворов на пять-семь. Лес захватил те владения так давно, что Тимур бы и не заметил остовы домов, не укажи на них Ивар.

Темные земли после Второй Войны Магов бросили не сразу. Да и не были эти места тогда темными землями. Вокруг точек прорыва иных тварей жили люди, где-то гуще, где-то совсем чуть-чуть. Плодородные долины, торговые пути, охотничьи угодья, рудники — во многих местах было, за что побороться, и люди переселялись неохотно. Какие-то деревни опустели быстро, от них остались лишь колодцы, обложенные камнем, да остовы домов, которые среди деревьев не разглядишь.

Но селение, что лежало впереди, явно держалось дольше.

Большое, куда как больше и утренней деревушки, и места, где они прожили первые месяцы в этом мире, оно раскинулось в низине, по обе стороны от реки. Быстрая, узкая, она делала тут изгиб и разливалась широко, образуя тихие заводи, по берегам которых рассыпались дома, сараи и огороды. То, что когда-то ими было. Сейчас хозяйственные постройки были разрушены, дома оплетены чем-то вьющимся, крыши остались лишь у немногих. Посреди бывшей площади выросла сосна, корявая и разлапистая на открытом пространстве. У моста над рекой виднелась мельница, до того заросшая, что угадать назначение можно было лишь по остаткам колеса и местоположению.