Длинной колонной они спускались вниз, к деревне. Вот проплыла мимо каменная кладка по обе стороны от дороги — кажется, тут были какие-то укрепления и ворота, — и первый дом, покосившийся, но сохранивший все стены. В черных провалах окон почудилось движение, и Тимур, выдохнув, потянул со спины щит. Действие, такое простое и привычное, прямо-таки умиротворяющее. Даже если ему показалось, со щитом как-то спокойнее.

Глянул на Мию. Глаза девочки, широко распахнутые, казались огромными, выделялись резко на бледном лице. Губы едва слышно что-то шептали, а пальцы тискали измятую шоллу.

Что-то ее тревожило. Но что, Тимур спросить не успел. Рыкнул впереди Снур, прокатилось рокотом по колонне:

— Щиты! Смотреть в оба!

Замешкавшись, соскользнула с лошади Марина, прижалась к теплому боку Мия. Тим сдвинулся, прикрывая девчонок от неведомой опасности. Они прошли еще шагов пять и остановились, уткнувшись в широкую спину Ирнхольда.

— Ждите, — бросил гьярравар.

Так и тянуло спросить, что же такое заприметил Снур, и насколько все это серьезно, и — ну а вдруг — нет ли другой дороги. Но Тимур молчал, крепче стискивая зубы и рукоять щита. Хоть и не нравился парню Снур, но он видел его в деле, и сомневаться в чутье гьярравара не приходилось.

Разведчиком был Фин, и Тим, шагнув вправо, на край дороги, разглядел его спину. Гьярравар шел медленно, словно крадучись. Короткая кольчуга, плащ, перекинутый на одну сторону, в левой руке меч, в правой щит. Ивар, который стоял чуть поодаль, ближе к остальным, прикрывал его, готовый пустить стрелу в любой момент.

Они прошли уже несколько дворов, спустились к реке, и Тимур заметил то, что совсем ему не понравилось. Здание мельницы, широкое, наполовину каменное, стояло не возле моста, а прямо за ним, перекрывая путь. Похоже, оно использовалось не только по назначению, но и как пропускной пункт, и пройти на ту сторону можно было лишь через арку, порядком заросшую и перекошенную.

— Надеюсь, она на нас не рухнет, — эхом отозвалась на его мысли Марина.

Девушка стояла рядом и смотрела вперед с той же тревогой.

— Кажется, арка — не главная наша проблема, — процедил Тимур, опять вспоминая то, о чем говорил Мие: они в темных землях и тут подозрительно тихо.

Головы что-то коснулось, кожу будто холодом тронуло, заставив вздыбиться волосы, и — скатилось, схлынуло.

И все разом зашевелились.

Кто-то закричал, рыкнул что-то впереди Снур, сквозь шум донеслось:

— …хорн… до!

Застонала и шагнула вперед Марина, затрясла головой, и каштановый хвост хлестнул ее по лицу. Всхрапнула и тревожно заржала кобыла, тоненько вскрикнула Мия, и Тимур, обернувшись, качнулся к ней, готовый защищать.