Светлый фон

— Ты мне зубы не заговаривай, — с угрозой сказал Ас. — Гоблины у него, понимаешь, пустые. Да даже такие гоблины вполне способны расправиться с мехов…

— С ним Ергрид. Он не даст Бурана в обиду.

— Ергрид, — ядовито протянул дракон. — Тоже мне, нашёл великого медвежьего спасителя. Да он и себя-то от нежити или демонов защитить не сможет, а уж мехового и подавно. Очень глупое решение со всех сторон.

— Значит, пришла пора обозначить статус кво, — хмыкнул я.

— Что обозначить?

— Ты считаешь возможным называть мои решения глупыми, я оставляю за собой право ничего с тобой не обсуждать. Будет надо, в ход пойдёт прямой приказ.

«Как-то мы с ним слишком жёстко, не находишь?»

Не теряю. Как он — так и с ним.

«Он всего-то немного покричал на нас. Теперь нужно обижаться?»

Немного покричал??? У тебя очень странные представления о «немного покричал», Ярик. Когда слетевшая с катушек тв… орческая единица прямо перед Замком орёт «его там любимая женщина ждёт, а он на кухне с гномами какую-то бурду варит» это не немного покричал, это полностью обнаглел. Так что пусть подумает о своём поведении.

«Учитывая, что он прекрасно знал о наших договорённостях с Магришем насчёт борща, это даже не наглость, это откровенный саботаж. Такое не прощают».

Рад, что мы придерживаемся единой позиции по этому вопросу.

Спустя час полёта, полностью отданный доделыванию макета Храма, в эфир ворвался Буран.

«Хозяин, у нас тут нападение. Варвары грабят караван дроу с живым товаром».

Я тут же от радости закрыл не сохранённый чертёж и на мгновение даже схватил виртуальный сердечный приступ, но платиновый аккаунт всё же платиновый аккаунт, выскочила надпись «Вы действительно хотите закрыть не сохранённые файлы?» и как-то сразу полегчало. Буквально за десять секунд решив этот момент, я переключился на медведя.

«Вас заметили?»

«Нет, мы вовремя остановились и провели манёвр укрытия за кустами».

«Как обстановка?»

«Варвары всеми силами пытаются добраться до груза, но у них не получается. Тёмные держатся и не пускают эту ораву, хотя их и много. И ещё…»

«Что-то по-настоящему плохое?»