— С виду место идеальное, — прокомментировал Томас, манипулируя ручками, чтобы взглянуть поближе. — Трава на почве поверх скального основания. За все годы командования космолетом лучшей посадочной площадки не встречал.

— Тогда мы «за», — сказал я. — Садимся здесь?

— Возможно, — проворчал капитан. — Мы с Томасом хотим провести еще одну детальную рекогносцировку. Если лучшего места не найдется, садимся через час.

— Отлично. Мы с Анжелиной подготовим основное снаряжение для первой вылазки.

Когда мы допили свои коктейли, основное свелось к самому основному. Крепкие ботинки. Две камеры. Рюкзак с экспресс-лабораторией. И неразлучное оружие.

— О, дивный новый мир! — сказала Анжелина. — Мне не терпится посетить его.

— И наречь!

— Конечно.

Посадка прошла гладко, пассажиры ликовали, свинобразы вожделели свежих пастбищ. Как и все мы. Мы уже дожидались у нижнего шлюза, когда внутренний люк распахнулся. Я отвел глаза от темных помарок на пандусе; довольно напоминаний, хватит и бинтов у меня на коленях.

Как только внутренний люк загерметизировался, распахнулся внешний. Мы потянули носами свежий, жаркий, сырой воздух и ступили на пандус, а с него — на зеленую плоскую массу, устилающую землю.

— Жарковато, — охнула Анжелина. — Как в сауне…

— Вот! — воскликнул я.

— Что?

— Ты только что назвала планету. Сауна.

— Ты прав, годится. Пусть будет Сауна.

Наклонившись, я пригляделся к ковру, устилающему Сауну. Не трава, а пружинящая масса из стеблей и крохотных листочков. Сверху тонкие стебельки, снизу потолще. Она ровным слоем простиралась до узкого пляжа и синего океана по ту сторону.

— Доложитесь, — прозвучал голос капитана у меня в голове.

— Пока что все отлично, а планета отныне именуется Сауной.

— Отлично. Нам нужны пробы океанской воды. Только осторожно. Она горячая. Близ берега ровно сорок градусов без перепадов.

— Пойдет.