Угу-ага! — мысленно воскликнул я и позволил себе широко ухмыльнуться под одеялом. Кожа под полосками прозрачного пластика на спине зудела, и я с наслаждением почесался. Пластик совершенно незаметен для глаза, зато покрыт непрозрачным для рентгеновских лучей свинцово-сурьмяным сплавом. Я сделал ставку на то, что здесь нет ни дорогостоящих томографов, ни чего-то в этом роде, — и выиграл! На двухмерном экране рентгеновского аппарата полоски на моих ногах выглядели как скрепляющие кость металлические гвозди, а полоски на черепе — как скрепы. Пластик сделал свое дело, во время очередного мытья он растворится и исчезнет.

Мне это удалось! Первая часть операции завершена. Труднее всего было раздобыть информацию об этой тюрьме-богадельне. Пришлось с немалым риском для себя долго рыться в планетарных правительственных картотеках, прежде чем я нащупал след. Предприятие рискованное, зато увлекательное. Поначалу мы с Анжелиной активно руководили полулегальной карьерой наших близнецов, но теперь они устроились вполне благополучно (следует добавить, комфортно и богато), так что можно насладиться — как бы это выразиться? — полуотставкой. Анжелину это вполне устроило, она без памяти кинулась в вихрь увеселительных круизов и развлекательных планет. А мне, как вы прекрасно понимаете, это было не по нутру. Если мне не дать очистить подвернувшийся банк или угнать дорогостоящую космическую яхту, то в конце концов недолго и свихнуться. Но это так, шуточки. И вдруг подвернулась грандиозная идея! Крохотное сообщение в вечерних новостях. Я отпечатал его и показал Анжелине. Она быстро прочитала и отложила листок в сторону.

— Надо что-то делать, — сказал я.

— Нет, — моментально отреагировала моя дорогая.

— По-моему, мы кое-чем ему обязаны — ты, во всяком случае.

— Чепуха. Взрослый человек должен сам отвечать за себя.

— Ну да, конечно. Но мне все-таки хочется знать, куда его засунули.

Когда я проследил его путь и раскрыл местонахождение Каторжной тюрьмы последнего отбывания, то изложил свой план Анжелине. Слушая меня, она прищурилась и помрачнела, но стоило мне договорить, как моя женушка задумчиво кивнула.

— Давай, Джим. Это опасно и очень смахивает на самоубийство, но ты единственный человек в Галактике, кому это по зубам. Разумеется, не без моей помощи.

— Разумеется. И первоочередная твоя задача — найти лишенного практики, но компетентного доктора.

— Нет проблем! Ты хоть раз слыхал, чтобы доктор (или адвокат) — лишен он практики или нет — выстоял под непрерывным дождем банкнот, сыплющихся на стол перед его носом?