По дороге его встретила Мария, и вместе они направились к своим местам в конце просторного зала перед освещённой сценой…

…

…

…

POV Кизуна Кей

У Кизуны Кей было много секретов.

Например, что в четвертом классе именно она украла журнал и выбросила его в туалет, что это она случайно открыла дверь, через которую их первая собака, фокстерьер по кличке Фасу, убежал и не вернулся, что это она украла мамину карточку, чтобы купить на неё…

В общем, у Кизуны Кей было много секретов, как и подобает любой шестнадцатилетней «девушке»… Хотя на самом деле ей было девятнадцать… Опять же, много секретов… Но один из них заметно выделялся среди прочих.

Сейчас, однако, не про него.

Кизуна Кей сидела в своей гримёрной, перед круглым зеркальцем с подсветкой, и задумчиво разглядывала сияющие кружки, которые отражались в её зрачках.

Девушка улыбнулась.

Наморщила лобик.

Вытянула язык.

Заметила мазок помады на правой щёчке, наигранно вздохнула, вытерла его бумажным полотенцем, сунула его в ящичек стола, в котором лежали её таблетки, встала, улыбнулась зеркальцу и направилась на выход.

Последние минуты, думала он про себя, меряя шагом коридор. Последние минуты, чтобы войти в образ. Последние минуты, чтобы настроить голос. Последние минуты, чтобы зажечь глаза, выровнять губы и…

Свет.

И вот она уже как бы Она… Вот перед ней зажигается огромный зал, простирается сцена, и сотни, тысячи человек тянут руки… Словно ветер, когда выходишь на улицу, её обдувают крики, возгласы, аплодисменты. Зал скандирует её имя. Её сердце стучит… И замирает.

Она смотрит на всё это отдалённо, как из коробочки. Всё остальное тело, с которым всегда столько проблем, в этот момент стремительно превращается в послушную куклу.

— Привет! — кричит она, хватая микрофон и вскидывая руку.

А в голове: «Приветик, твари… Начинаем».