Сначала показался седоусый воин в темном кожаном доспехе с луком и стрелой на тетиве, а потом из-за деревьев вышел паренек лет семнадцати в вороненой кольчуге и с рогатиной. На голове красовался украшенный серебром шлем, на поясе нож в лакированных ножнах, а в глазах надменность и превосходство над окружающими. Следом за пареньком показался бородатый дед с вязью трех переплетенных меток на лбу. В обычном зрении эту вязь не увидеть, но и я уже не был обычным человеком, хоть и не закончил инициацию. Ведающий третьей метки, определил я и пожалел, что не убрал плащ в инвентарь, а теперь поздно. Как бы этот сопляк не надумал прикарманить необычную вещь. Словно вторя моим мыслям, пацан цепко уставился на мимикрирующий под окружение плащ и поджал губы.

— Эй ты! Подойди сюда! — повелительно рявкнул он под конец дав петуха.

— Тебе надо, ты и подходи, — произнес я спокойно и достал клинок, перекидывая арбалет за спину на ремне.

— Я Шин третий сын главы рода Кихари и не потерплю оскорблений от какого-то бродяги. За это ты отдашь все, что добыл в долине испытаний и этот плащ, — с апломбом и ухмылкой заявил парень и подал знак сопровождавшим его людям.

— Я Дайо признанный бастард рода Ниур и не советую пытаться ограбить меня. Помимо того что это преступление будет рассматриваться судом трех святых сект, так и мое положение в округе Гортур не меньше твоего паренек.

— Ты сначала выживи сын шлюхи, — с презрением прошипел паренек.

— Господин… — попытался возразить дед, но парень что-то прошипел ему и я расслышал лишь Ниур и лицо ведающего повернувшегося ко мне выразило готовность убить.

Щелкнула тетива лука и стрела прошелестела мимо. Прыжок и я уже около лучника, клинок легко рубит и доспех и тело. Толчок и почти разрубленный труп вспыхивает жарким пламенем от брошенного заклятия деда. Выброшенная вперед рука и материализовавшийся в замахе хлыст опускается на деда выставившего какой-то полупрозрачный щит. Сделал он это быстро, но толку? Хлыст разрубил щит и погрузился в тело деда почти до пояса. На его побелевшем лице застыла гримаса удивления и боли. Взмах и на обратном движении конец хлыста сносит голову застывшему на месте парню. Секунды и три трупа украсили лесной пейзаж.

— Контакт с аборигенами не удался, — поморщившись от досады, буркнул я и посмотрел на жадного и тупого дебила сучащего ногами и заливающего кровью траву.

Ну что ему стоило внять голосу разума и послушать умудренного годами деда? Три трупа исчезли в пространственном хранилище, а я постарался и нашел застрявшую в дереве стрелу. Теперь лишь кровь напоминала о произошедшей тут бойне. Более не задерживаясь, я побежал по лесу, чем дальше я буду от этого места, тем лучше, а тела… Тела я собирался утопить в топях недалеко от входа в долину и не брать с них ничего кроме монет, если такие у них водятся. Хотя наверняка водятся. До топей я добрался минут за десять и присев в прибрежной высокой траве огляделся. Вроде никого, но я все же еще выждал несколько минут для надежности. Трупы один за другим отправились в мутную воду окрашивая ее в красный цвет, а последней улетела голова недоумка устроившего все это безобразие. Ее перехватила в воздухе вынырнувшая из грязной воды жирная туша, а там где в воду погрузились тела уже началась нешуточная драка. Я отошел подальше от плещущихся в жиже тварей рвущих угощение и посмотрел на три кошелька в руках.