Элейн смотрела на изображение с четверть часа. Ее позвали обедать, но все дела сейчас казались второстепенными. Впервые она не могла понять ответ!

Иллюстрация не вызвала никаких эмоций. Ей виделась здесь, разумеется, сцена предложения. Но пойти дальше, понять, что ощущала изображенная девушка и, главное, как ей следовало поступить, будь она главой рода, не получалось.

Крутя карту и так и эдак, вглядываясь в лица, Элейн в глубине души понимала, что это бесполезно и любые ответы будут надуманными. Наконец она досадливо припечатала карту к столу, накрыв ее ладонью, и тяжело вздохнула. Не зря счастье, которое она испытала после признания Оддина, показалось ей таким ненадежным, хрупким, мимолетным. Сейчас она не чувствовала ничего, кроме желания спрятаться. А еще было бы прекрасно, если бы Конрад пришел и сказал, что передумал, и свадьба с Торэмом – отличная идея. Вариант, когда Оддин возвращается и говорит, что передумал он, таким замечательным не казался…

«А еще ты можешь отказаться от роли главы клана», – прошептал голосок в голове. Кое-кто точно был бы рад. Но от этой мысли она отмахнулась. Не этому учили ее родители. Не слабости. Не простому выбору. Не капитуляции.

Элейн вновь созвала совет. Главы семей, относящихся к их роду, собрались в доме Конрада через неделю. Каждый был одет в парадный костюм, так как событие считалось важным. Теперь они сидели за овальным столом в столовой и ждали, пока глава клана сообщит цель собрания.

Мужчины негромко переговаривались друг с другом, их лица освещали десятки свечей. Пока что стол был пуст, но ужин и напитки были готовы, чтобы отметить очередную встречу семьи.

Элейн прочистила горло, и все взглянули на нее. Она до сих пор не успела привыкнуть к такому вниманию, поэтому, к своему неудовольствию, ощутила вспыхнувший румянец на щеках.

Но это было не так уж важно. К этому вечеру Элейн готовилась все семь дней. Будучи прачкой, она редко пользовалась письмом, но, поселившись в доме Конрада, легко вспомнила навык, поэтому записала свою речь, постаравшись теперь быть гибкой, хитрой, убедительной.

– Отсутствие любви – вот корень бед человеческих. Искренне любя, ты не причинишь боль, не убьешь, не украдешь, не останешься равнодушным к чужой беде.

Элейн сделала паузу.

– Семья – это то, что учит нас делиться любовью. Сначала муж и жена любят друг друга. Затем они начинают любить своих детей. Затем дети – братья и сестры – начинают проявлять любовь друг к другу, к родителям и ко всему, что их окружает.

Она видела, что многие смотрели на нее скучающе. «Девочка решила поучить жизни? Ну-ну».