— Нам нужно остановить полковника. И не дать первенцам взять Карас.

— Да мы даже не знаем, в Карасе ли он! — воскликнул Вик, потрясая рукой воздух. Саргий поднял указательный палец.

— Нет. Пока нет. Только рано или поздно он там окажется, когда дело запахнет жареным. Уж поверь мне.

— Это всё, что ты хотел сказать?

— Ты сейчас не веришь мне, капитан. А зря. Потому что ты с самого начала думаешь, что дело только в тебе. Только я оглядываюсь и вижу, что происходит какая-то чертовщина. Весь наш отряд собран не просто так.

— Думаешь, здесь какой-то умысел?

— Мне кажется, что нас ведут, — сказал Саргий. — Полковник хочет, чтобы мы его нашли.

— Тогда бы он нам не ставил столько препятствий, так тебе не кажется?

— А полковник ли в этом виноват? До этого момента мы сражались только с сааксцами. Кроме деревни, в которой тебя явно ждали. Именно после неё начались проблемы. Разведотряд, линкор, блокада. Всё это саакские силы, а в храме тебя ждал первенец, которого ты знал. Я просто хочу знать: есть ли что-то, что ты от нас скрываешь?

Вик лишь засмеялся в ответ:

— Ты знаешь, Саргий, я бы очень, очень хотел, чтобы всё было так просто. Чтобы полковник сразу же выскочил нам навстречу, поднял руки и сдался. Мы бы забрали его и уплыли домой. Вот только всё намного сложнее. И я сам не до конца понимаю, что происходит. Но ты прав. Нам необычно повезло, что мы сумели добраться сюда без потерь. Только не нужно в этом сразу искать какие-то заговоры.

— Как скажешь, капитан, — блеснул глазами Саргий. — Если таково твоё слово…

Потянувшись ещё раз, он охнул и схватился за бок.

— Проклятье, — прохрипел иммигрант. — С каждым разом всё хуже и хуже…

— Где Эмма? Она же должна за тобой следить.

— Вышла минут десять назад. Скоро должна вернуться…

Вик кивнул. Повисла неловкая пауза. Собравшись духом, Вик, наконец, сказал:

— Слушай, Саргий, мне очень жаль, что так получилось. Извини меня, если можешь. Ты не виноват, что оказался под рукой в такой момент. Тот человек, которого я убил в храме… связан с не очень приятными воспоминаниями. Я не мог мыслить здраво. И всё же, не должен был так реагировать.

— Думаю, мало кто из нас может тебя судить, — усмехнулся сквозь боль иммигрант. — У всех нас есть такой человек. Извинения приняты. И всё же, подумай над моими словами, капитан. Здесь что-то нечисто.

Вик кивнул и потопал к реке. Как Саргий и сказал, Насиф сидел на краю пристани, опустив ноги в воду, в то время как Томми возился с двигателем на катере.