– Кровь и дерьмо, – ответил я. – В меня кидались дерьмом и кусками…

Я не смог выговорить «людей», хотя хорошо помнил, как толпа сьельсинов бросалась в меня останками мертвых рабов. Не стал я говорить и о том, как стражники избивали меня и заставляли пить мочу. Я зажмурился, дрогнув, когда Валка разгерметизировала мой комбинезон и взялась за воротник, чтобы стянуть его вниз. Я вскрикнул и рухнул на пол, колотя руками и тряся головой. Не знаю, сколько я пролежал, дрожа как осиновый лист и кашляя, глотая воздух истерзанными легкими и все сильнее впадая в панику.

– Хочешь, чтобы я ушла? – спросила Валка наконец.

Я смутно понял, что уже довольно долго она сидела спиной к переборке, поджав колени.

Что-то в ее голосе заставило развязаться змею, кольцами обвившую меня, и я, клеточка за клеточкой, расслабился. Наобум протянул искалеченную руку и дотронулся до единственной части тела Валки, до которой мог дотянуться. До большого пальца ноги. Так мы пробыли долго, не говоря ни слова. Это простое прикосновение говорило за меня и за нас обоих. Я заметил грязный клок волос, упавший мне на лицо, и приподнялся с пола, оставив коричневые пятна там, где сошла засохшая кровь. По лицу потекла свежая, и я с трудом освободил левую руку из липкого резинового комбинезона. Рукав вывернулся наизнанку, явив промокшую от пота ткань.

С правой рукой было тяжелее. Боль от плеча вспышками отражалась в голове, я тяжело дышал и стискивал зубы. Заметив мои мучения, Валка отошла от стены и помогла мне. Я услышал, как она втянула воздух.

– Твоя спина…

Ее руки дотронулись до глубоких шрамов, и я вздрогнул:

– Семь лет. Семь лет.

– Что с тобой делали? – риторически спросила Валка.

«Все, что можно и нельзя представить», – хотелось ответить мне, но я промолчал.

– Вставай, – сказала она, помогая мне.

Я запнулся за порог душевой кабины и с руганью упал на четвереньки.

Валка хотела зайти следом, но я жестом остановил ее.

– Сам справлюсь, – ответил я и потянулся, чтобы включить душ.

На космическом корабле душ был чудовищной роскошью, поэтому в целях экономии воды меня лишь обдало легкой водяной пылью, и ультразвуковые очистители принялись скоблить мое тело. Валка закрыла дверь, и я, не вставая, как можно дальше вытянул ноги. Пот с грязью и кровью побежал, как чернила, по голове, и волосы под действием ультразвука прилипли к телу.

В тишине я расслышал гул двигателей, и постепенно начал погружаться в тяжелую, удушливую реальность.

Я был жив. Жив… и свободен.

Или это лишь очередное видение? Сон наяву? Вдруг через миг я проснусь вниз головой в яме и кровь снова потечет из разреза за ухом?