Гусь до обеда запечься не пожелал — здоровый, зараза, Бегемот на мелкую дичь не разменивался — поэтому отобедали вчерашним супчиком из бобра и картофеля. Подкрепившись, мы принялись собираться на подвиги — надеюсь, не ратные — но это уже как повезёт. Ползать по лестницам с кучей оружия неудобно, поэтому мы пришли к такому плану: я спускаюсь в пещеру, аккуратно всё разведываю, при заметной опасности рву когти. Даша, оставаясь сверху, вытаскивает меня за страховочную верёвку, которую я обвязываю вокруг пояса. Соответственно, из оружия и амуниции я практически ничего не взял — «Маузер» да нож. Мы уже почти вышли из домика, когда Даша зачем-то вручила мне перевязь с вычурным кинжалом, найденном в Пещере.

— Нахрена? — удивился я.

— Не знаю. — ответила подруга и осторожно поцеловала меня. — Мне кажется, почему-то, что он пригодится. Можешь считать это женской интуицией.

— Ладно. — не стал я спорить и повесил ножны с кинжалом поудобнее. Ох уж мне эта женская интуиция!

Придя на место, мы надёжно закрепили нашу лестницу за окружающие чахлые деревца — несмотря на неказистый вид, за скалу эти растения держались на удивление цепко — и опустили её в пропасть. Оставалась сущая ерунда: спуститься в пещеру или грот, что там найдётся, утащить всё ценное и вернуться обратно. Крайне желательно — живым и одним куском. Обвязавшись верёвкой, второй конец её я надёжно привязал к кривой сосне, выглядевшей самой крепкой, поцеловал подругу, кивнул Бегемоту, ещё раз проверил, насколько легко достаётся оружие, глубоко выдохнул и взялся за лестницу.

Помню, в школе одним из упражнений, которые любил наш физрук, было лазание по верёвочным лестницам, по которым он нас гонял с прямо-таки маниакальным упорством, уж не знаю, может, он боцманом на флоте служил? Это так и осталось для нас тайной, покрытой мраком, а вот тот факт, что кто-то лазал по этим лестницам запросто, а кто-то никак не мог освоить это действо — это как раз никакой тайны не представляло. Разделение никак не зависело от пола, возраста, физических кондиций и социального статуса. Кто-то предположил, что так проявляется известный тезис о том, что все люди произошли от обезьян, но не все — от человекоподобных. Однако, поддержки в общественных кругах эта мысль не нашла, более того, части общественности она показалась оскорбительной. Чем именно, сформулировать эти индивиды толком не смогли, но предложившего на всякий случай побили, и в дальнейшем он свои идеи излагал гораздо осторожнее.

Однако я, как раз, входил в ту группу, которой лазание по верёвочным лестницам не давалось. Поэтому, когда я ступил на проволочную и обнаружил, что она гораздо ближе к нормальной металлической, чем к верёвочной, настроение моё улучшилось, и я бодро двинулся вниз. Перевалившись через нависавший над входом — а это оказался именно полноценный вход — каменный козырёк, я спустился на три метра вниз и оказался прямо на уровне пола пещеры. Но тут был, как говорится, нюанс: из-за козырька лестница теперь проходила более чем в метре от твёрдой поверхности, на которую я планировал ступить. Вариантов было немного, и крикнув Даше, чтобы крепче держала страховку, я принялся совершать единственное доступное мне действие — раскачивать лодку, тьфу, лестницу, благо это было не сложнее, чем качаться на качелях. Изображать из себя маятник пришлось недолго, и с третьей попытки я зацепился ногой за подходящий камень, извернулся и успешно десантировался в заданной точке. Подтянув к себе лестницу и закрепив её, чтобы не улетела опять, я принялся осматривать местность и громко транслировать увиденное компаньонам наверху.