Я принял у девушки другую фляжку, сделал несколько глотков. Горло перестало напоминать выход песчаника в пустыне Сахара, в голове немного прояснилось, зрение удалось сфокусировать. Подумал, ливанул чуть воды на обожженную руку. Боль сразу начала отступать. А я уже немного пришёл в себя и осмотрел поле боя.

Хрустальные «зубы» повалило взрывом. Газовые факелы по периметру горели, но где-то на четверть от первоначальной мощности, не более. Впрочем, этого было более, чем достаточно для освещения. Дверь была распахнута настежь, снаружи волнами проникал свежий воздух, и это было божественно. И ни следа джиннов, ифритов и прочих дэвов. Меня это устраивало как нельзя лучше — как показала практика, встречи с ними плохо сказываются на здоровье. Ну нафиг.

Куча оружия, сундук и постамент для лампы были на своих местах, чего нельзя было сказать о самой лампе — пробитая пулями, она лежала в стороне, и выглядела нелепо и жалко. Что, впрочем, не помешало Бегемоту шипеть на неё, обходя злополучный светильник по широкой дуге — котяра приступил к осмотру помещения сразу же после того, как удостоверился, что я пришёл в себя.

— Бег, судя по всему, тебе этот фонарик не особо нравится? — обратился я к хвостатому.

— Мряяяяяу!!! — сурово заявил Бегемот, молниеносно подскочил к лампе и врезал по ней лапой так, что светильник отлетел к дверям. Следующим ударом вместилище незадачливого джинна отправилось в коридор.

— Судя по всему, совсем не нравится. — констатировала Даша и выглянула из-за двери. Вернулась назад. — Запулил в озеро.

— Отлично. Там этой хрени самое место…

— Вася, что здесь произошло? — требовательно спросила подруга.

— Сначала ты расскажи, как здесь оказалась. Мы же договорились, что вы ждёте наверху?

— Ты охренел? — возмущённая подруга в этот момент показалась мне поопаснее любого джинна. — Какое наверху?

— Расскажи по порядку, пожалуйста. Потом я.

— Ладно. Сначала ты перестал отзываться, а потом ослабла верёвка. Я её вытянула — а она обрезана! Я сразу хотела лезть за тобой, но Бегемот не позволил. Пока я его пыталась уболтать, начала трястись земля. Тогда пушистик сам сиганул вниз…

— По лестнице? — изумился я. — У него же лапы совсем не приспособлены!

— Видимо, немного приспособлены. Я, разумеется, за ним. Но не так быстро. Спускаюсь, а там двери закрыты железные, и Бегемот их когтями полосует и орёт, а из-за двери такие звуки, что я чуть не поседела. А потом был взрыв, двери открылись и нас отбросило. Я тут же кинулась внутрь, а там жара адова и ты без сознания… — Даша закрыла лицо руками и снова заплакала.