Воздух со страшной силой тянет нас в пустоту и холод. Мы уже в хранилище, я вижу опоры фундамента недостроенной станции и гигантскую трещину, рассёкшую крышу. За ней — звёзды, необъятная глубина космоса и… северное сияние, обрётшее плоть. Десятки тонн кибернита, вылетевшего в дыру и размазанного по орбите. И мы летим к нему навстречу, стремительно и бесконтрольно.

За что зацепиться?

Я верчу головой в поисках, я подмечаю мельчайшие детали, скорость рефлексов возросла в десятки раз. На одной из опор замечаю ступеньки, из другой торчат штыри. Далеко, не дотянусь.

Прямо под нами — абсолютно пустое озеро. Ни капельки не осталось. Дно гладкое, без выступов. И тоже далеко. И с каждой наносекундой всё дальше и дальше.

А разлом приближается, рваные края трещины достаточно близко. На такой скорости можно запросто сломать или даже оторвать руку, если неудачно ухвачусь. А рука-то у меня одна, на второй повисла Люси. Колосс над нами, выпрастал руки-ноги в стороны, почти достаёт до противоположных краёв трещины в фундаменте.

Но нет, не хватает совсем немного. Вот он уже высовывается наружу, сейчас вылетит на поверхность и дальше — в неоновую пелену кибернитской завесы. Она ещё бурлит, колышется, складывается в крошечные и гигантские пузыри. Обидно. Фундамент был пробит совсем недавно.

Но колоссу удаётся-таки ухватиться. Домокловы руки крепко обхватывают раскрошившуюся плиту. Его безобразное тело совсем близко, нужно только достать, вцепиться, отбросив страх и отвращение. Левой рукой. Но её держит Люси.

Ерунда, у меня полно времени на разворот. Верчусь, вытягиваю правую, хватаю поручень на крышке от кабины. Она закрывает дыру от выстрела. За пыльным стеклом плещется чернота. Липкая, неоднородная масса. Внутренности организма, неизвестного науке. Организма, способного с одинаковой лёгкостью ассимилироваться с камнем и механизмом. И органикой наверняка. Главное — самому в него не влипнуть.

Мир переворачивается вверх тормашками. Меня продолжает тянуть в небеса, но теперь — ногами вперёд. Там, над-подо мной повисает Люси. И крутятся мерцающие вихри самого дорогого и редкого вещества во Вселенной. Активы нескольких миллиардов акционеров. Разожми руку и ныряй.

Нельзя.

На орбите воздуха не будет совсем, даже жалких пятнадцати процентов. Обогатитель не справится. Не говоря уже о том, что холод собачий. А казалось бы…

Мы болтаемся в реактивной воздушной струе, зацепившись за тело колосса, который нас совсем не замечает. Он крепко держится за уступ, но продолжает подтекать. Как бы руки боевого меха не лишились нового хозяина.