— Попробую.

Джонни снова перескакивает, затем вертится, отыскивая пришельца с дубиной. Отыскав, не долго думая, запускает меч аккурат ему в темечко, как раскалённое копьё. Попадает точно в один из глазных дисков. Остриё утопает в глазу на пару сантиметров, затем меч падает колоссу под ноги, но его внимание приковано к боевому меху.

— Бритс! — надрывается капитан. — Ты вслед за командующим отупел?! Что ещё за штучки?

Скрежет, хрип. Чей-то мех — очевидно, капитанский, отправляется в полёт с голевой подачи колосса.

А тот, что с дубиной, замахивается на Джонни. Бритс встаёт прямо на макушку своего колосса. На «Домокла» обрушивается вся мощь и ярость сверхпрочного и сверхтяжёлого орудия. В последнюю секунду Бритс ловко спрыгивает колоссу за спину, а стержень с громоподобным рокотом лупит тому по голове.

И тут я замечаю, что события начинают ускоряться. В эфире пролетают десятки криков, обрывки фраз, чьи-то рубленые приказы, стоны, плач. Отголоски боёв у второй и третьей шахт, сообщения со станции. Толпа домоклов расступается, колосс падает плашмя, взметая пыль. Мехи тут же бросаются на него, облепляют. Взмывают пламенные мечи, пронзая спину колющими движениями снова и снова и снова. Брызги чёрной жижи. Достали-таки до мякоти. Но у меня вот-вот начнутся крупные проблемы. Стимулятор почти выдохся. Пальцам становится невыносимо тяжело держаться за поручень. Люси тянет меня прямиком в космос, сползла почти до конца. Мы сплелись пальцами, и я чувствую её неистовую хватку. Она плачет, слёзы застывают на щеках почти сразу же. Адреналин на исходе, а нас продолжает захлёстывать воздушный поток. Мимо пролетает всякая мелочь: бумаги, склянки, медицинское оборудование, стулья. Уж не из лаборатории ли?

Мелкие камешки царапают кожу.

— Ну, Бритс… — одобрительно рокочет капитан. — Беру свои слова назад. Молодцом! И вы там, на блохе!

— Мне помогали, сэр! Майкл, ты не поверишь! — восторженно кричит Джонни. — Мы его сделали! Спасибо, друг!

— Не за что… обращайся, — отвечаю я, превозмогая боль в плече.

— Сифри, может прекратим уже нарезать круги? — говорит Пьер. — Надо доставать Ловеласа.

— Мы отвлекаем внимание, чтобы его кто-то другой не достал, — отвечает Сифри.

— Тебя, кстати, давно не видно, — продолжает Бритс. — В какой ты роте?

— Я не в роте… я тут, над разломом… висю.

Толпа расступается. Несколько мехов пытаются повторить манёвр Бритса, который обречён войти в учебники истории. Остальные мечутся внизу, отвлекая внимание. К разлому несётся лишь один «Домокл», нашарив в пыли свой меч. Колосс с дубиной его запомнил и неторопливо разворачивается, собираясь в погоню.