— Ты берешь на себя слишком много! Умер отец, и решил, что стал главным, — кулак прилетает под дых, — но ты не он, понятно?! Ты украл время, которое я мог провести с ними обоими! Проблемы отца с сердцем тоже скрыл, а кто право дал?!

Крис рывком заваливает брата, придавливая к бетону. Размах, удар, и кулак окропляется кровью.

— Хватит, — бормочу, пытаясь подняться. Мышцы сводит судорогой, и, пискнув, падаю обратно. — Крис, остановись…

— Мне надоела твоя диктатура! Считаешь, делаешь как лучше для семьи, а на самом деле ты эгоист! Ее смерть будет на твоих руках, понятно?! Из-за тебя она здесь, и в твоих силах было изменить это! Отговори ты ее от «Предела», она была бы в безопасности! И, если бы тогда, в январе, не ушел из дома, отец тоже был бы жив! Ты виноват во всем, что с нами происходит!

Задыхаюсь от боли и страха. С огромным усилием поднимаюсь, облокачиваясь на стену. Крис продолжает яростное избиение, а Джейс позволяет вымещать на себе злость. Марго обнимает Блю, закрывая ладошками подруге глаза и не разрешая смотреть. Присцилла и Кайс, словно немые статуи, беспомощно переминаются с ноги на ногу и озираются на меня.

Собрав остатки воли, наскакиваю на Криса, чтобы отодрать, наконец, от Джейса. Не ожидав нападения, брат с разворота ударяет локтем в живот, и я, охнув, заваливаюсь на бок, не достигнув цели. Феникс громко выражается, едва успев подставить руку, чтобы не раскроила голову об бетон.

— Придурки чертовы, — цежу сквозь зубы.

Испугавшись, Крис оставляет Джейса в покое и подлетает ко мне, отпихивая Феникса. Обнимает за плечи и прижимает к себе.

— Рокс, прости, я не хотел…

Из оставшихся сил отталкиваю брата.

— Отвали, Крис! Что ты наделал?! Смотри! — Указываю подбородком на стонущего Джейса, обхватившего сломанные ребра, а потом вцепляюсь в рукав брата и демонстрирую кровавые подтеки. — Ты же напал на семью!

Реакция повергает Криса в ступор, так и остается сидеть с разведенными для объятий руками, сверля меня взглядом.

— Последнее, что хочу видеть, так это то, как перегрызаете друг другу глотки. Я не о многом прошу, Крис.

— Почему ты мне не сказала? — голос дрожит.

— А какой смысл? — всхлипываю. — Ты ничем не поможешь, а наблюдать, как оба мучаетесь, выше моих сил.

Притягивает к себе, и я позволяю выйти страху наружу вместе со слезами.

— Прости меня, — просит, уткнувшись в щеку.

— Что на тебя нашло?

— Я испугался, прости.

— Нельзя оправдать страхом то, что сделал, Крис. Не исправишь ситуацию, пока жива, забудь о прощении. Твои слова — не рядовая глупость, брошенная в сердцах, а целенаправленная пуля в душу.