— А мне есть! Я не дам тебе умереть только потому, что решила пойти ва-банк из принципа! Джейс мне голову оторвет!

— Джейса больше нет!

Кайс отвлек, упомянув брата, и я совершаю фатальную ошибку. Резко выжимаю педаль тормоза, но это едва спасает. Граната разрывается перед носом броневика, и машина подкидывается вверх, заваливаясь на бок. Падаю прямиком на Феникса, придавливая собой, а потом вовсе скатываюсь под приборную панель, ударившись затылком об сидение. Прокашлявшись от едкого дыма, испуганно озираюсь на него.

— Кайс! — тормошу за руку. — Кайс!

Кряхтит, стряхивая стеклянную крошку. На щеке красуется свежий порез.

— Цела?

— А ты?

— Порядок. — Феникс подтягивается, принимая ровное положение. Потом протягивает руку. — Наигралась?

— Мы их упустили, — поднимаюсь с его помощью.

Выбираемся из броневика и отползаем подальше от горящей машины. Огонь перекидывается на салон. Провожаю взглядом уносящуюся вдаль колонну куратора, и сердце сжимается, словно попало в тиски.

— К черту. Обоих. — Кайс сплевывает кровь на землю. — Дай посмотрю, — тянет пальцы к лицу.

— Нормально все, — уклоняюсь.

— Я люблю тебя, — вдруг выпаливает, прикусывая губу. — Безумно, Рокси.

В замешательстве изучаю его. Черные хорошо очерченные брови сведены к переносице, а голубые глаза сверкают, отражая всполохи пламени. Прядь темных волос спадает на лоб, прикрывая кровоточащую ссадину. Осторожно поправляю.

— Я тебя люблю, — тихо отвечаю.

И тут весь мир плывет, лишая опоры. В порыве непреодолимой мучительной страсти приникаю к его губам и захлебываюсь поцелуем, заглушая нарастающую истерику. Запускаю пальцы в взъерошенные волосы, крепко сжимая, и требовательно молю не останавливаться. Рваное дыхание вперемешку со слезами доводит до исступления, отдаваясь дрожью в теле. Его губы на вкус как прохлада моря, мята и алкоголь. Единственное, самое дорогое, что осталось — его руки, крепко обхватывающие и не позволяющие провалиться в черное небытие.

А потом начинаю задыхаться. Грудь сводит тупой ноющей болью, и каждый вдох превращается в жестокое испытание.

— Дыши, — просит Феникс. — Все нормально.

— Нет, — мычу, глотая слезы. — Не нормально. Я умираю, Кайс.

— Чего?