Тут тоже ночь. Людей не вижу, тихо. Немного теряюсь в пространстве — в такое время меня тут не было. Но направление на Лиса вполне ощущаю.

По темноте, идти довольно некомфортно, но в какой-то момент, часть дороги будто начинает немного подсвечиваться. Хорошо, похоже, меня приглашают.

Еще десяток минут, прохожу замершую на ночь стройку, вхожу в темную рощу. Движения рядом с собой совершенно не ощущаю. Спокойно иду по ночному лесу и почти сразу оказываюсь перед очень большим и старым дубом. Чуть светящаяся дорожка упирается прямо в дерево.

Обхожу вокруг. По разным сторонам дуба, примерно на высоте пары человеческих ростов, вырезаны три огромных бородатых лица*, дорожка же так и исчезает в стволе, и снова не начинается. Ну, это мы проходили. Оборачиваюсь «одеялом» и по дорожке делаю шаг напрямую в ствол.

— Вот, я же говорила, что он сам догадается, — раздается веселый и знакомый голос. — А ты встретить, встретить.

Промаргиваюсь. Из темноты ночи резко попадаю в легко освещенное вроде как рассветом место.

— Здесь всегда такое время, как нам хочется, ну ты понял же уже, — весело говорит Леля. Девушка сидит на небольшом удачно поваленном дереве, на коленях у неё голова Лиса, а вокруг плавно шевелятся все его огромные хвосты.

— Чего тут не понять, свой домен. — пожимаю плечами, и с удивлением смотрю на развалившегося на коленях у девушки Лиса в своей первой форме. Леля зарывается в пушистую шерсть напарника, а тот млеет от почесываний. Похоже, удовольствие получают оба. — Здравствуй. А где дядя твой?

— Тут, я, князь. — раздается спокойный густой голос сзади. — Здоров будь.

Оборачиваюсь.

Посреди полянки стоит все та же избушка. Рядом тот же накрытый стол, а за ним уже знакомый мне Святовит.

— Проходи к столу. Взвару попей с дороги. — приглашает. — Поговорим немного. А то редко у нас гости-то бывают.

— И ты здравствуй, Вит. — прохожу к столу.

— Молодец, не теряешься. — одобрительно говорит пусть и не сильный уже, но еще вполне себе бог. — Побратим твой сказал о нужде твоей. И я вот решил тебя в гости позвать. Сам бы ты долго еще добирался бы. Днем бы приходил, с сопровождающими, и, конечно, сюда не попал бы. Держи железки свои. Ты правильно подумал, что на сохранение мне их народ мой отдал.

Передает два железных наборных браслета на руки и тяжелую, темную цепь. Каждое звено цепи, это стилизованная сценка. Скрещенные топоры, какие-то разные, видимо, узнаваемые здания, ладьи разных размеров через одну. Кони, люди, какие-то звери. Последнее звено меня немного сбивает с толку. На нем изображен якорь вполне современного мне-старому вида, внизу якоря лежит оперенная вытянутая бомба, а на нем скрещенные две трубы с уступами. Если бы я сейчас был в своем первом мире, то подумал бы, что это минометы. Очень узнаваемая форма.