Постепенно виснем над самим поместьем.

Десяток плотно стоящих домов окнами во двор, и сплошной стеной наружу. Двое ворот, они же входы в главную усадьбу и, видимо, что-то вроде склада. Все остальное — сплошные высокие стены с бойницами. Почти крепость. Просто стенами служат вполне приличные здания, и что-то мне подсказывает, что и толщина внешних стен, то же приличная. Осматриваю пока еще темное поместье.

Каких-то нервных или панических движений во дворе не вижу, и это позволяет предположить, что поставленный крепостной щит, все-таки постоянный сейчас, а не реакция на возможное наше появление. Скорее всего это тоже учитывается, но поставленный щит сейчас тут, очевидно, обычен и без нас. Время такое, как я и думал. Родовые гнёзда в режиме осажденной крепости.

Очень быстро наступает рассвет, и внутренний двор поместья наполняется движением. Но даже так, никакой суеты, обычная жизнь.

Пока идет совещание, наблюдаю за домами. Три этажа каменных зданий, главное чуть больше, четыре. Судя по появляющимся людям, внутренняя площадь около семидесяти метров, что очень даже неплохо для поместья, совсем чуть-чуть не дотягивает до размеров малых крепостей. Очевидно, склад, казарма, жилые здания, кухня, большая усадьба. Примерно полтысячи человек войти сюда может, если очень постараться. Но, думаю, все-же поменьше должно быть. Минимум двадцать магов, а скорее больше. Думаю, бойцов не меньше сотни-полутора.

Сделано все очень с умом и с расчетом на внешние штурмы.

Странно, в общем-то, все-таки Шелеповы близки Ленским, кто бы их, кроме нас конечно, стал бы штурмовать?

— Нравится? — тихо подходит отец. Вздыхает. — вот и мне тоже. Хорошие укрепления, при наличии накопителей, это поместье взять сложно. А у нас с тобой, по идее, в новгородской усадьбе этих накопителей ну очень много. Мы же Империи треть ее надобностей своими шахтами закрывали. Что-там с ними теперь? А поместье, если возьмем, даже жалко будет разрушать. Сюда полсотни бойцов посадить, и быстро уже не взять. А поставить нашу, с твоим дедом, плиту перемещения, и можно совсем не беспокоиться.

— Шахты сейчас под Императором, Михаил говорил, что пока добычу снизили до самого минимума. А поместье это мы возьмем. — говорю. — Мне бы хоть на секунду сегмент щита снять в нужное время, и, желательно незаметно. После этого все проще будет.

Отец задумывается.

А я, внезапно, вспоминаю Оренбург, и демонов.

— Пап, ты с такими щитами близко дело имел? — говорю, боясь вспугнуть идею.

— Я нет, а вот Марат — да. Он же служил на границе, а там крепости.