На бесплотной маске чудовища прорезалось безграничное презрение.

— Ничтожному разуму не постичь! Твоя последняя фраза в немалой степени касается и тебя. Не лезь туда, куда тебе соваться не положено! — Темный дэв вдруг замолчал, а через мгновение в его голосе послышались нотки уважения. — В этой игре мы все — всего лишь исполнители! Великие Создатели наших миров разыгрывают свою партию, и все фигуры на доске имеют свое предназначение. — Огненный вихрь вновь вырвался из разинутой пасти.

— Воспользуйся тем, что ты будешь близок к неприкасаемому, и сделай то, ради чего тебя возродили из небытия!

Глава 1

Глава 1

Узкие стрельчатые окна под самым потолком лишь создают иллюзию освещенности, и даже в такой солнечный день, как сегодня, в зале Священной комиссии горят десятки свечей. За длинным столом сидят одиннадцать отцов основателей и сам игемон ордена Марисий аль Хаши. Шуршат по полу подолы длинных лиловых хламид, за седыми головами топорщатся откинутые капюшоны. Под высокими остроконечными шапками на морщинистых лбах светятся синие точки каст.

Гулко звякает колокол, и звучит голос председателя:

— Зелот Юни подойди и преклони колени!

Вздохнув, отделяюсь от темной стены и иду к столу. К счастью, руки и ноги у меня свободны. Я не закован в кандалы, потому что все еще идет расследование, и обвинение не предъявлено. Это уже седьмое заседание, и с каждым новым я все больше и больше жалею, что не послушался тогда Тули.

В памяти всплыл тот день. Страшного человека в черном плаще на поляне уже нет. Мы втроем, зажав носы, стоим перед бушующим пламенем. Непереносимо воняет горелым человеческим телом. Отвернувшись от черного дыма, Тули шепчет мне в ухо:

— Пойдем с нами! Суань Ли выведет нас за границу империи, а там мы свободны! Мир огромен! Никто и никогда нас не найдет!

Тогда, даже не задумываясь, я поблагодарил его, но сказал нет. Почему? Потом, ночуя у костра в джунглях, я спрашивал себя об этом много раз. Убеждал, что поклялся магистру вернуться, что обязан донести миру весть о страшной опасности, затаившейся в этих горах, но тогда, как и сейчас, я знаю — все это чушь. Я остался только из-за нее! Из-за Ильсаны! Я знаю, что она меня предала, что, скорее всего, это она вызвала Ревнителей веры, что никогда она меня не любила, а только использовала! Я все это знаю и все равно хочу ее увидеть! Так хочу, что аж в груди колет! Может быть, чтобы бросить все эти обвинения ей в лицо. Нет, опять я себе вру! Нет, не для этого! Хорошо, что у меня хотя бы хватает мужества признаться. В самой глубине души, где-то в дальнем уголке моего сердца, я хочу дать ей шанс оправдаться. Убедить меня в том, что она вопреки очевидности ни в чем не виновата, что она любит меня и любила всегда! Вот такая вот глупость! Гор ругался, просил меня не возвращаться, раз сто обозвал меня дебилом, но я не послушал его и все же вернулся. И вот я получил заслуженную награду. Меня обвиняют в трусости, в предательстве, в смерти паладина, жреца и всей группы. Священной комиссии кажется очень подозрительным, что я выжил, когда все остальные погибли. Прошло уже шесть заседаний, где почтенные старцы выворачивали меня наизнанку, стараясь докопаться до истины, но пока так и не пришли ни к какому результату. К счастью, это внутреннее расследование, и пытки в таких случаях не применяются, но, как говорится, всему свой черед.