— Откуда такая странная идея?

— Идея моя, — ответил Студент, — Из шутки с однофамильцами.

— Не понимаю. Знаете, я дочь офицера, у нас не все так однозначно… — Марина Петровна не смогла сформулировать с первой попытки.

— Товарищ Шмидт тоже сын лейтенанта, — сказал Студент.

— Вениамин… А по батюшке? — Марина Петровна повернулась к «Шмидту».

— Да, теперь многие не знают имен героев, — ответил за него Студент, — Угар НЭПа. Нет того энтузиазма. Мы, собственно, попали к вам в город совершенно случайно.

«Что он несет?» — подумал Уинстон.

— Знаете, а ведь я могла сама догадаться, — весело ответила Марина Петровна, — Весь ассоциативный ряд на виду. И аферисты, и угон военного корабля.

— Извините, что не дали времени подумать, — ответил Студент.

— Ничего-ничего. Думаю, дореволюционный «Тип Д» вам отлично подойдет.

Уинстон с ужасом подумал, что в русском культурном коде кроме того, что говорится прямым текстом, есть еще и «ассоциативный ряд», который не озвучивается, но подразумевается. Интересно, русскому в Англии легче бы пришлось?

Они осмотрели маленький «Тип Д» и пришли к выводу, что он совершенно то, что надо. Длина чуть больше девяти метров, ширина чуть больше двух. Вооружение — один пулемет «Максим» в вращающейся башне. Экипаж — целых семь человек, которые непонятно, куда там влезали, особенно ночью в плохую погоду. Единственная палубная надстройка — бронекаюта, увенчанная башней. Она же рубка, она же машинное отделение с дизелем.

Матрос завел двигатель и переставил катер на отдельный причал, наиболее подходящий для съемок.

— Мотор!

Петь весь текст одной сценой непрофессионально. Ингрид несколько раз спела куплеты то на берегу среди цыганок, то на палубе катера, то на пулеметной башне. Даже в компании бьющих чечетку Уинстона с Колобом и танцующего медведя. Второй дубль — те же трое с пулеметными лентами.

Несколько дублей сделали дуэтом с Аллой. Алла для съемок в стиле Ингрид подняла подол своего белого платья булавками выше чулок, повязала белую косынку и надела по-гусарски в один рукав одолженный у одного француза светлый пиджак.

Цыганки хором пели припев про шарабан, подтанцовывая в своем стиле. Студент работал оператором. Якин втянулся в творческий процесс, командовал актерами и камерой, расставлял всех перед новыми дублями. Со стороны выглядело, будто он тут главный. Костя даже поставил ему складной стульчик. Сзади на спинке стульчика поверх надписи краской «Ленфильм. Масленников» приклеили бумажку «Мосфильм. Якин».

— Вы пишете звук вживую на камеру? — удивился Якин, — Это же непрофессионально.