Я выбросил кулак, освобождаясь от болезненного напряжения в руке. Между нами будто просвистели огромные лопасти промышленного вентилятора, дрожанием воздуха нарисовав эллипс. Едва видимые, почти прозрачные лезвия возникли всего на мгновение. Огненная сфера распалась на части, разрезанная способностью, а следом на пол упали отрубленные по локоть руки Демитра. Из обрубков хлынула ярко-желтая булькающая кровь, с шипением и густым паром орошая мрамор.

Приземлившись, я ушел вбок, и пинком уронил воющего демона на землю. Он махал культями, орошая все вокруг в прямом смысле горящей кровью. Только когда жидкость почти иссякла и выходила слабыми толчками, я приблизился и опустил ботинок на горло Демитра.

Он не хрипел и не дергался, только завозил обрубками по мрамору и смотрел на меня. До последнего вздоха в его глазах читалось детское удивление — как так получилось? Этот вонючий смерд убил меня? Не верю!

С всхлипом, идущим из глубины груди парень вытянулся, и свечение начало затухать. Оказывается, новая способность может быть очень полезной. Если против тебя сражается маг. Он будто заряжается от разлитой в воздухе энергии.

Спал барьер, пропуская оглушительный вопль:

— Мой мальчик! Ты убил моего мальчика!

Возле стола демонов сгустилась тьма, не пробиваемая даже светом огромный люстры с сотней лампочек и высокими окнами. Десятки красных угольков уставились на меня, распространяя чудовищно тяжелую жажду убийства. Вампиры встретили победу насмешливым улюлюканьем в сторону рогатых.

— Ты встал на дорогу, которая никогда не кончается смертью в теплой постели, в окружении детей и внуков, — немного грустно заметила Гладиэль. — На небесах не нужны львы, только агнцы.

Беловолосая фурия черным вихрем подскочила ко мне, но ее когти бессильно заскребли золотой купол, возникший по мановению руки ангела. Ориэль брезгливо поморщился и женщину отбросило обратно.

— Прими мой вызов, прими! — надрывным голосом завопила она. — Я разорву тебя и сожру, ублюдок! Как ты посмел убить моего любимого сыночка!

Захар громко и сипло дышал, вперив в меня тяжелый взгляд из-под насупленных бровей. Его руки подрагивали, грудь часто вздымалась, а рубашка насквозь промокла от пота.

— Восемь душ, — жадно сказал Дан. — Нам бы еще десяток и возвышение.

— Намекаешь на него? — я посмотрел на слугу и насмешливо высунул язык.

— Не знаю, не знаю, нам крупно повезло, что сопляк оказался магом. Этот точно воин, душ мало, но боевого опыта хоть отбавляй. Но он зол, потерял голову от горя, — сразу сбавил обороты демон. — Решать тебе.