От размышлений о бытии меня отвлек писк.

— М? — остановился я.

Глаза уже привыкли к темноте, да и сама по себе тьма — мой дом родной.

Из небольшой трещины выглянула крыса, самая простая крыса с проплешинами в шерсти.

— О! Мой маленький дружок, позволь мне кое-что проверить.

Эссенции не было, но я чувствовал, что внутри меня есть подобие мистической силы. Чужой, непривычной, но определенно что-то теплилось в груди.

А я не говорил? В моем мире я был величайшим демоном иллюзии и гипноза. Одним движением мизинца мог заставить человека пустить себе пулю в голову с улыбкой на лице, мог рисовать невообразимые миражи, принимать любой облик. Да-да, я был чертовски хорош.

Я сконцентрировался на полупустом взгляде мелкого грызуна. Растопырил пальцы, сконцентрировался еще сильнее, желая проникнуть в ум животного, подчинить его, заставить танцевать. И…

— Фр! — чихнул грызун, побежав прочь.

— Кх! — сдержал я смех, быстро сдавшись. — Ха-ха-ха! — рассмеялся я от души — до боли. — Только подумать! — повысил голос, говоря с пустотой. — Пять сотен лет оттачивания мастерства! Пять сотен лет, чтобы быть сильнейшим, и вот он я! Ха-ха-ха! — Я утер слезинку. — Не могу загипнотизировать крысу. Если это злая шутка, то я оценил, браво!

Эх… Другое тело, внешность, голос, имя, нет привычной магии.

Я буквально начал все сначала.

Я… заинтригован.

Зачем кому-то понадобился Корнар, если я — больше не я?.. Так спросил бы человек посредственного ума, но… нет. Нет-нет-нет. Даже без всего этого.

Я широко улыбнулся.

Я лучший среди лучших. Хитрейший, умнейший… и самый скромный. А остальное… Временные трудности.

Продвигаясь по тоннелю, я несколько раз ступил в грязь. Ну, хоть не в дерьмо, и на том спасибо. Еще пара поворотов. Всюду мох, воздух затхлый, но небольшой ветерок ведет, как путеводная звезда. Из-за эха я не сразу заметил, что в звук моих шагов стал вплетаться гул чьей-то тяжелой поступи.

Я остановился, всматриваясь во мрак. Из-за угла показалась когтистая лапа. Оборотень? Неужели в этом мире есть оборотни? В моем они — дело обычное. Но радость предвкушения сменилась удивлением. Поднимаю брови.

— Крыса?

Передо мной предстала метровая тварь на двух ногах. Гуманоидный крысюк, сверкая желтыми глазами, скалился и шипел, готовясь наброситься. По клыкам стекали зеленые слюни.