Разумеется, в таком грохоте его никто не услышал. И ответа полковник тоже не дождался.

Дмитрий потянулся за “Макаровым”, но Зимин его опередил.

Раздался выстрел и Дмитрий, вскрикнув, выронил пистолет. Его тело мешком повалилось за борт.

В тот же момент обе дрезины содрогнулись. Бак с топливом рванул так, что вырвавшееся из-под колес пламя и сноп искр на мгновение превратили бронированный транспорт в адскую, пышущую огнем колесницу. Передняя часть подпрыгнула, но, почти сразу же встала обратно, продолжив движение, при этом ощутимо сбросив скорость.

– На, получи, тварь! – радостно вскрикнул Андрюха.

Вспыхнувшее топливо объяло всю нижнюю и левую часть транспорта. Из внутренности дрезины, несмотря на грохот, послышались истошные крики и вопли. Из смотровых отверстий вырвалось пламя, повалил густой дым.

– Димка! – я едва успел ухватить его за левую руку. Если бы не успел, парень вывалился бы наружу, прямо под колеса.

Он был ранен. Правое плечо было окровавлено, но куда попала пуля, сложно было судить. Тем более в такой экстремальной обстановке.

Вместе с Пашей, мы кое-как втащили его обратно. С трудом уложив парня на уцелевшую часть настила, мы увидели, как из открытого верхнего люка горящей дрезины, повалили клубы густого белого дыма. А затем оттуда показался Зимин. Его злобная морда была перекошена от бешенства. Отчетливо различались обширные ожоги на лице. Он, крича, с остервенением сорвал с головы шлем, отбросил в сторону и начал выбираться наружу.

Сейчас бы дать газу, чтобы оторваться от них, но, ни бака, ни топлива, ни работающего двигателя уже не было. Движок превратился в бесполезный кусок металла, не способный даже на толику добавить нам скорости.

Я сразу же понял, что задумал полковник – перепрыгнуть к нам. Их пылающий транспорт представлял серьезную опасность – ещё немного и боеприпасы внутри горящего транспорта сдетонируют от высокой температуры. Тогда ее разнесет на части, словно спичечный коробок петардой. А заодно и нам тоже достанется.

Зимин, злобно щурясь, все-таки выбрался наружу. Сползая по корпусу дрезины, он держался так, словно бы ничего не произошло. Из открытого люка показался второй человек. Ни шлема, ни противогаза на его голове уже не было, поэтому Андрей и Катя сразу узнали его – это был майор Доронин – человек, задержавший их на складах.

Волосы на его голове частично оплавились, а вся правая щека и шея были покрыты вздувшимися волдырями. Лицо, перекошенное от боли, тем не менее, выражало ещё и дикую ненависть.

В руке у полковника блеснул пистолет. Но Андрей был начеку. Он вскинул автомат с остатками патронов, беря на прицел полковника. Однако в этот момент, прятавшаяся в носовой части дрезины Катюха, истошно завопила: